Лена погрузилась в свои сокровенные воспоминания, о которых никто не знал. Они стали причиной её неуверенности в себе. Тяжело забыть о предательстве, лжи, разбитых надеждах и о том, как её чувства были растоптаны.
— Лена, стой! — услышала она крик в свою сторону и замерла, узнав этот голос. Ей меньше всего хотелось, чтобы именно он увидел её в таком состоянии.
Не придумав ничего лучше, Лена устремилась вперёд. Бежать на высоких каблуках было непросто, но она старалась изо всех сил. Её локоны развевались, как пружинки. Другой рукой она придерживала грудь, чтобы та не выскочила из корсета. Бок начал болеть.
Оглянувшись, она убедилась, что никто не преследует её, и с облегчением вздохнула. Остановившись, она почувствовала, как сердце колотится, словно у зайца. Её щёки раскраснелись, под глазами появились тёмные круги от потекшей туши, а на груди выступила испарина от пота. Дышать было тяжело, и она машинально задерживала дыхание перед выдохом.
Закрыла глаза, чтобы забыть обо всём, и почувствовала, как её схватили и прижали к себе.
— Поймал! Ягодка Малинка нас к себе манила, Ягодка Малинка в гости звала… Куда убегала, расскажешь? — с трудом переводя дыхание, пропел ей на ухо мужчина.
Глава 5
Элина и Алексей не отрывали взгляда друг от друга. Их глаза — голубые и карие — встретились в нерушимом поединке, и ни один из них не собирался уступать.
Девушка в белой блузке с силой сжимала стакан воды, представляя вместо него голову этого дерзкого мужчины, от которого сегодня зависела её свобода.
Сегодня, подходя к клубу, она попала в тяжелую ситуацию. У входа в клуб стоял мужчина с восточной внешностью, одетый в строгий костюм. Элина сразу узнала его, и сердце её сжалось от страха. Мужчина напряженным взглядом кого-то выискивал, он разглядывал девушек, игнорируя их внимание и заинтересованные взгляды.
Понимая, что нужно спасаться, девушка начала осматриваться в поисках пути к бегству. Мужчина обернулся и увидел её, а в его взгляде читался гнев. Не раздумывая, Элина развернулась и побежала, но тут же столкнулась с человеком, который пил воду из бутылки. От резкого столкновения мужчина выплеснул содержимое бутылки на них с девушкой. Девушка замерла, а недовольный мужчина удивлённо поднял брови.
— Русалка! Ну сколько можно? Ты что, специально нашла меня, чтобы облить? — с раздражением спросил Алексей.
Увидев её испуганный и умоляющий взгляд, он решил извиниться за свою грубость. Но она не дала ему такой возможности. Бросилась к нему на шею и дрожащим голосом прошептала: «Помоги…» Девушка крепко обняла мужчину и начала неистово целовать, прижимаясь к нему всё ближе, словно пытаясь спрятаться в нём, как в убежище.
Леша стоял неподвижно, не отвечая на поцелуй. Когда он осознал происходящее, то попытался отстраниться, но девушка, подняв руки, обхватила его голову и начала яростно втягивать то одну, то другую губу. Мужчина издал рычание, и она прикусила его нижнюю губу, а затем нежно коснулась его языка, прижимаясь своей влажной блузкой к его телу и касаясь его твёрдой груди.
После укуса у мужчины помутилось в глазах от бешенства. Он сам не заметил, как начал дерзко отвечать девушке, схватил её за бёдра и крепко прижал к своему возбуждённому телу. Этот поцелуй был как замедленная бомба, как искушение, как надрыв, который взорвался, и теперь его уже не залечить.
Элина прервала поцелуй, задыхаясь и хватая ртом воздух. Она собралась отпрянуть, но сильные мужские руки не позволили ей это сделать. Алексей смотрел на её губы, слушал бешеное биение сердца и вглядывался в её глаза. Он отшатнулся от того, что девушку вырвали из его рук. Раздался звонкий звук пощёчины. Алексей увидел, как Элина прикрыла рукой свою щёку, а высокий мужчина, который это сделал, сильно схватил её за локоть и принялся громко орать.
— Шалава! Ты что себе позволяешь? Я тебя убью? Кто этот урод?
— Отстань от меня! Ты мне никто! Я целуюсь с кем хочу, а это мой жених! Отпусти меня, Амир! — кричала она в ответ, не в силах сдержать эмоций.
Амир поднял руку и замахнулся для нового удара. Элина, испугавшись, закрыла глаза и инстинктивно подняла руки для защиты. Удара не случилось. Её напряженный до предела слух различал быстрые глухие удары, которые разрывали воздух.