Вся эта словесная перепалка ни к чему, потому что уже ясен исход. Несмотря на нашу взаимную неприязнь, природные инстинкты взяли верх, и мы оба сгорали от желания. Волк от желания взять, а я от желания отдаться.
— Так и будешь стоять без дела? Я девушка неопытная, с чего начинать не знаю, — злобно выпалила, когда поняла, что оборотень как-то не особо торопится приступать к самому важному, снова вынуждая меня некоем образом предлагать себя.
— Ещё одно уточнение. Тебя просто девственности лишить или ещё и хорошенько оттрахать? — издевался гадёныш и даже не скрывал этого.
Тут уж моя душенька не выдержала, а гордость взбунтовалась до такой степени, что искры из глаз посыпались. От томительного ожидания промежность уже не только стала влажной, но и начала неприятно пульсировать, а этому псу вшивому смешно, да и только.
Подскочила на ноги и вместо того, чтобы броситься к валяющимся на полу вещам, с кулаками ринулась в сторону уже смеющегося в голос брюнета.
Жаль, магия во мне ещё спала, а то подпалила бы этому волку шерстку хорошенько!
— Гадкий пёс! — прошипела, когда мои кулаки, не достигнув цели, были перехвачены лапищами оборотня и заведены мне же за спину.
— Будешь обзываться, не только отымею, но и покусаю, — прохрипел на ухо, а потом снова швырнул на кровать, словно я кукла безвольная.
Зверюга!
Опомниться и возмутиться я не успела, потому что оборотень тут же оказался сверху и жадно присосался к моим губам.
Он даже не целовал, а буквально насиловал мой рот своим языком, посасывая и покусывая губы, от чего я совсем разомлела и полностью смирилась с происходящим. Обхватила шею оборотня руками и отдалась во власть животной страсти. Мне было так хорошо, что я не хотела, чтоб это заканчивалось.
— Ослабь хватку, ведьмочка, я не убегу, — промурлыкал, и я опомнилась, поняв, что вцепилась в шею мужчины с такой силой, что мышцы затекли.
Незнакомец развёл мои руки в стороны, чтобы они не сковывали его движений и не мешали, и сначала стянул бюстгальтер, а затем насквозь промокшие трусики.
Вмиг лицо залило краской смущения, и в голове вспыхнула мысль укрыться от этого черного взгляда, но я пересилила себя. Так и осталась лежать неподвижно обнажённая и беззащитная перед голодным зверем.
— Красивая… — прошептал и проложил дорожку из поцелуев вдоль шеи, медленно спускаясь к груди. — Настоящая или тоже морок?
Отвечать в данный момент на какие-то вопросы хотелось меньше всего, но когда на левом соске сомкнулись зубы оборотня, я испугалась и дернулась в сторону, но сбежать мне уже не позволили.
— Моя, — буркнула едва слышно, честно не понимая, чего именно испугалась больше: того, что полуволк в порыве страсти отцапает от меня кусок или все-таки тех эмоций, которые вызывали необычные прикосновения этого зверя.
— Отлично, — озвучил свою оценку мужчина и, закончив ласкать грудь, спустился к животу.
Спустя какое-то время снова уделил внимание груди, шее, а потом вниз по тому же маршруту.
Ласкал, целовал и нежно покусывал, но не приступал к более активным действиям, а я уже готова была взвыть и начать умолять закончить наконец эту пытку.
Всё тело покрылось испариной, а мозги превратились в желе. Всё внимание сконцентрировалось лишь на промежности, которая уже не просто ныла, а болела, требуя своей порции внимания.
Понимала, что этот бессовестный волчара издевается, специально доводит до исступления, но уже не могла ему противостоять.
— Пожалуйста… Пожалуйста… — ерзала бедрами, стараясь прижаться к мужскому паху, но этот мучитель всё отлично контролировал и не позволял мне того, чего я уже желала больше всего на свете.
— Я хочу, чтобы кончая, ты кричала моё имя, — опалил дыханием промежность и коснулся языком внутренней стороны бедра, специально избегая эпицентра пожара. — Как моё имя? Скажи, и я продолжу…
— Я не знаю твоего имени, — жалобно проскулила, понимая, что еще немного и попросту взорвусь, сойду с ума от этого подвешенного и перевозбуждённого состояния.
— Хочешь сказать, наша встреча случайна? — еще один вопрос и еще одно касание горячих губ уже совсем близко к раскаленной до предела плоти.
— Да! Естественно случайна! — зарычала подобно дикому зверю и готова была уйти, позорно сбежать, круша всё на своём пути, но набухший клитор неожиданно обдало жаром, и мое тело взорвалось на миллиарды осколков счастья от одного единственного прикосновения языка.
От нахлынувших эмоций громко закричала и забилась на постели, ощущая как по щекам все-таки покатились слёзы. Всё стало неважным вокруг, потому что я парила в облаках, по уши влюбленная в своего мучителя.