Лавра увезли стражи. Маменька предположила, что в племянника вселился злой дух, потому как вырывался он в десять раз неистовее, чем невиновный слуга. Хотя ни подтверждения, ни опровержения данная теория не нашла: маменьке было не до того. Объяснения со стражами порядка (будь они неладны, затоптали весь дом грязными сапогами) и споры с лекарем (жадный плут, запросил двойную цену за срочность!) вдребезги разнесли остатки ее самообладания. Милена второй час рыдала где-то наверху, а маменька распласталась в кресле у камина и не могла заставить себя подняться к ней.
Абсолютно другой – собранной, невозмутимой – Берта увидела родительницу в новом пророчестве. К слову, наблюдать его было и вполовину не так тягостно, как раньше.
«Мы справимся. Снимем с Милены проклятье», - убеждала кого-то маменька в ослепительном малиновом видении.
Конец