Помните, как я попросил мистера Мортимера думать о спрятанном ножике и руководить мною? Но я попросил его не только об этом. Вы можете вспомнить, как я просил его идти (или обернуться) к спрятанному предмету. А когда человек смотрит на что-либо, то обычно и все его тело оборачивается в нужном направлении. Итак, я неуклюже выискивал те самые, запомнившиеся ботинки, обращая внимание на то, куда смотрят их носки. И, увидев их, я получал всю необходимую информацию. Так, колеблясь, я постепенно нащупал верную дорогу. Ну, а дальше было легко. Конечно, достигнув очередного перекрестка, я был в полном неведении о том, нужно ли куда-либо повернуть или же идти прямо. Мне нужно было обернуться к мистеру Мортимеру и посмотреть, куда указывают его носки. В таких случаях я заговаривал с ним — так выглядело естественней. Я упрашивал его более активно «руководить» мной, сосредоточить свою силу воли и тому подобный вздор. Я мог изобрести множество причин для того, чтобы обернуться. Я мог сделать вид, будто потерял «связь» с Мортимером, или притвориться, будто услышал испугавший меня шум — мало ли опасностей на дороге, или прикинуться, будто бы чувствую, что пошел не туда. По мере необходимости я бросал быстрый взгляд на ноги «проводника», ну, а остальное было лицедейством — чтобы запутать публику. Конечно, когда я спотыкался о камень или когда чуть было не упал в подвал с углем, это было лишь игрой. На самом деле я видел тротуар так же хорошо, как и все вокруг, но я стремился скрыть это. Ведь, если бы я обходил препятствия, то все поняли бы, что я могу видеть.
— Ну, а когда вы добрались до нужного участка? — поинтересовалась Юнис.
— Я увидел, что носки Мортимера смотрят в центр участка, а не вдоль улицы. Я повернулся, и, увидев пепелище, догадался, что в нем может быть тайник. Я обошел вокруг него, призывая «проводника» сосредоточиться на поисках, а сам я присматривался к его ногам. Конечно, нужно было пробраться к искомому ножику, но вы же помните: я мог прекрасно видеть, и я был уверен, что нож где-то в обугленном хламе, так что я просто продолжал розыски, пока не наткнулся на него. Вот и все.
— По вашим словам, все было легко и просто, но, Хэнлон, поверьте, я оценил и вашу ловкость, и долгую подготовку к трюку, — сказал Хендрикс, а остальные мужчины добавили слова восхищения и одобрения.
Но мисс Эймс осталась недовольна.
— Я была бы не против, если бы вы рекламировали все это, как трюк, — обиженно сказала она. — Скажем, фокусники проделывают такие номера, но все знают, что они просто обводят своих зрителей вокруг пальца. Так что аудитория получает ожидаемое.
— Да, леди, — улыбнулся Хэнлон. — Но медиумы и вызыватели духов никому не говорят, что они мошенники, хотя они и таковы.
— Сэр, вы не знаете, о чем говорите! Нельзя осуждать всех сразу только из-за того, что среди них есть мошенники!
— Леди, все они лгут, — настрой Хэнлона убедил всех, кроме тетушки Эбби.
— Что вы об этом знаете? — гневно спросила она.
— Я присматривался к ним, присматривался ко всем видам трюков вроде этого. Думаю, это в моем характере. И я обнаружил, что все профессиональные медиумы — шарлатаны. Будьте уверены, мэм! Конечно, если вы хотите заниматься столоверчением или обращаться к доске Уиджа вместе со своими друзьями — дерзайте! Но любой человек, берущий плату за всевозможные спиритические действия, — лжец и шарлатан.
— Без исключений? — удивленно спросил Эмбери.
— Только не среди профессионалов. Они не удержатся на своей работе, если не смогут демонстрировать что-то эффектное. А для этого они используют разные методы.
— Отчего же. Молодой человек, если бы… если бы… — вскрикнула тетушка Эбби. — Если бы вы прочитали «Глас Изиды»! Вот прочтите…
— Конечно, существует огромное количество подобных книг. Их даже больше, чем медиумов. Но вы прочтите книги, которые я порекомендую. Это «За кулисами с медиумами» и «Мир спиритов без вуали». Прочтите их, и вы все поймете! Хороший призрак — мертвый призрак, и они не пытаются вернуться на землю.