– В честь приближающегося Нового года, – услышала она в ответ. – Ааа, – протянула староста, – ты об этом. Учиться осталось полтора года, а ты так ни разу с группой никуда не сходила!
У Инны Дегтярёвой – примерной, на первый взгляд, отличницы практически не было минусов, кроме, пожалуй, одного – она искренне считала, что студенческая жизнь не прожита, если ты ни разу не побывал на вечеринке. Данные мероприятия, как правило, проводили в квартире у кого-либо из студентов. Света действительно не посетила ни одной вечеринки, зато завсегдатаем на них был Антон, в подробностях описывающий ей практически все, что там происходило.
– Думаешь, мне совсем нечем заняться? – спросила Света. – Спасибо за приглашение, конечно, но ты знаешь мой ответ. Я не хожу на вечеринки и не собираюсь.
Инна, буркнув себе под нос что-то неодобрительное, вернулась на свое место. Через несколько секунд в аудиторию ворвался опоздавший преподаватель. Бросив пальто и кожаную сумку на собственный стол, Игорь Владимирович внимательно обвел взглядом аудиторию и объявил:
– Тема сегодняшней лекции – творчество Теодора Драйзера. Как мы с вами уже говорили…
Игорь Владимирович читал свои лекции монотонно и не спеша, поэтому группы, которым он преподавал, явно отставали от учебного плана университета. Имея степень кандидата наук, преподаватель сумел отбить любовь к литературе у половины группы – сухие до скрежета зубов лекции вгоняли студентов в тоску.
Света медленно выводила в тетради биографию одного из своих любимых писателей. Насыщенная жизнь Драйзера благодаря монотонному бормотанию Игоря Владимировича превратилась в обыденное серое пятно. Через сорок минут половина группы, отложив ручки в сторону, прожигали преподавателя недружелюбными взглядами, поэтому, едва услышав спасительный звонок, студенты поспешили покинуть аудиторию.
У гардероба Антон помог надеть Свете шубу. У девушки ужасно разболелась голова, поэтому Некрасов даже не стал бросать привычные шутки. Приложив ладонь ко лбу, Света пробормотала:
– Температуры нет, а ощущение такое, будто я вконец разболелась.
Антон, взяв девушку под руку, помог ей выйти из здания университета. Спустившись по ступенькам, они вышли за ворота.
– Тебя проводить? – предложил Некрасов. – Ты неважно выглядишь!
Света, поправив лямку рюкзака, язвительно сказала:
– Ты, конечно, мастер комплиментов! Такими темпами ты найдешь себе девушку к пенсии!
Антон, сложив руки на груди, уже было хотел ответить однокурснице в том же тоне, но раздавшийся неподалеку автомобильный клаксон не дал ему этого сделать. Обернувшись, Света увидела знакомую машину, и тепло растеклось по венам. Привстав на носочки, девушка поцеловала Антона в щеку, помахала ему рукой и направилась к автомобилю.
В салоне, как всегда, пахло резким мужским одеколоном, а на сидении рядом с водителем лежал большой букет красных роз в вычурной упаковке. Положив букет на колени, Света наклонилась к водителю и, запечатлев робкий поцелуй на его губах, тихо произнесла:
– Привет.
Миша улыбнулся ей в ответ и включил зажигание. Машина тихо заурчала, и Света, откинувшись назад, закрыла глаза.
– Как прошел день? – Мягкий голос Миши обволакивал девушку. – Некрасов ведет себя прилично?
– Ты, вообще-то, тоже Некрасов, – напомнила Света. – Твой младший брат исправно слушает мои нравоучительные лекции о вреде курения.
Миша тихо рассмеялся.
– А потом он возвращается домой, и твою миссию продолжает наша мама, – сказал он. – Ты совсем бледная, Свет. Может, отлежишься дома?
– Я бы рада. – Девушка открыла глаза. – Но с завтрашнего дня начинается зачетная неделя.
– Деканат не смущает, что они начинают неделю со среды? – Миша остановился на светофоре.
– Их вообще мало что смущает!
Света повернула голову вправо и, встретившись взглядом с водителем соседней машины, замерла. Кажется, она даже забыла, как дышать. И он, судя по всему, тоже.