– И оставил тебя одну? – не поверил Олег. – Но ты ведь была ребенком.
Света развела руками в сторону.
– Мы с отцом только на публике выглядим, как образцово-показательная семья.
Олег усмехнулся.
– Ты не поверишь, но он сказал мне точно то же самое, – объяснил Валеев, когда девушка бросила удивленный взгляд в его сторону. – Видимо, семья из вас куда более крепкая, чем вы оба думаете.
– Да уж, – улыбнулась Света, хотя не чувствовала ничего, кроме горечи. – Он уехал тогда, изредка звонил, а я какое-то время действительно ходила в гимназию, училась практически на одни пятерки, а потом попала в плохую компанию. И все полетело куда-то вниз. Я начала пить, пристрастилась к сигаретам и даже попробовала наркотики. В моей квартире проходили постоянные вечеринки, я перестала отличать день от ночи, но все еще была способна обманывать отца, когда он спрашивал, как я учусь. И так было до тех пор, пока в квартиру напротив не въехал загадочный мужчина, – тут она улыбнулась уже по-настоящему. – И пока он не пришел на мою вечеринку.
Олег откинулся на спинку мягкого стула и скрестил руки на груди. Он много раз думал о том, почему тогда еще шестнадцатилетняя Света жила совсем одна и была предоставлена самой себе. Несколько лет спустя, впервые познакомившись с ее отцом, он многое понял, но только сейчас все окончательно встало на свои места.
– Я влюбилась в тебя, Олег, – прошептала она. – И пять лет ненавидела тебя за это. И за то, что ты уехал. Но… Но все эти обстоятельства вынудили моего отца оказаться в Питере, а меня – в лечебнице. И это вытащило меня со дна. Даже не знаю, что было бы сейчас со мной, останься все так, как было. Может, – ее передернуло, – я уже была бы мертва.
– Мне кажется, что рано или поздно твой отец все равно бы приехал, чтобы проверить, как ты живешь.
– Тебе кажется, Олег, – ответила Света и замолчала, увидев приближающуюся к их столику официантку. – Еще кофе, пожалуйста.
***
– Кстати, – сказал Олег, вешая шубу Светы в шкаф, – тебе нравится в университете?
– Да, конечно, – Света убрала сапоги. – Я даже подружилась с некоторыми девчонками. А почему ты спрашиваешь?
– Потому что, – Валеев поднял с пола пакеты из продуктового, – беспокоюсь. В предыдущие дни спросить я не решался, а сегодня – самое время.
Света, опередив мужа, щелкнула выключателем, и кухня озарилась мягким светом. Девушка выудила из одного из пакетов длинный французский багет и сразу же убрала его в кухонный шкафчик.
– Это хороший университет, – возобновила она разговор через пару минут. – Преподаватели ничуть не хуже московских. Так что, я вполне довольна. Только ездить далеко.
– Может, все-таки купим тебе машину? – предложил Олег, протягивая ей пачку сливочного масла.
Света распахнула дверцу морозильной камеры и поежилась, когда ее лицо обожгло холодом. Бросив масло на пока еще совершенно пустую, если не считать тончайшего слоя инея, полку, Валеева, наконец, вспомнила, о чем хотела спросить Олега весь вечер.
– Ты сказал, что ты содержишь меня на свои собственные деньги. Почему?
– Потому что ты моя жена.
Света даже закатила глаза – настолько пафосно это прозвучало из уст Валеева.
– Я твоя жена только потому, что так сложились обстоятельства, – напомнила она. – И ты не обязан тратить на меня свои деньги. К тому же, у моего отца их много. Мог и поделиться.
Олег взъерошил волосы и присел на край обеденного стола.
– Твой отец действительно предлагал мне деньги, но я отказался. Я в состоянии обеспечить тебя всем, чем нужно. И давай, к этому разговору возвращаться больше не будем?
Света убрала пустые пакеты в ящик под раковиной и подошла к Олегу. Он выглядел уставшим, и она понимала, что в этом, кроме прочего, виновато и их неожиданное перемирие, вытянувшее из Олега достаточно сил.
– Просто непонятно, зачем тебе это все, – прошептала она. – Зачем тебе я.
Олег поймал Светину руку и притянул девушку к себе. Ее глаза были такими же лучистыми, как и пять лет назад, а губы – манящими. Валеев едва сдерживал себя, хотя крышу от Светы сносило хлеще прежнего.