Тряхнув спутанными после тяжелой ночи волосами, Света выдавила немного зубной пасты на щетку, и через мгновение во рту защипало от резкого вкуса мяты. Активно двигая рукой, практически причиняя деснам боль, она смотрела на свое отражение в зеркале.
Темные круги под глазами придется прятать под толстым слоем косметики, да и с отечностью нужно что-то делать, потому что меньше всего Валеевой хотелось явиться в университет с таким лицом. Алена и Ира, не отличавшиеся ни тактом, ни скромностью, обязательно поинтересуются, от чего у их новой подруги такой вид.
Пытаясь нарисовать себе новое, свежее лицо, Света провозилась в ванной дольше положенного. Времени оставалось только на то, чтобы одеться, благо, необходимую одежду она приготовила с вечера. Опустив дверную ручку, Валеева открыла дверь и едва не врезалась в Олега.
– Осторожнее.
Его рука на автомате накрыла ее плечо, и Света тут же дернулась, сбрасывая ее. Прикосновение мужа, от которого еще вчера она плавилась, сейчас причиняло чудовищную боль.
– Не трогай меня, – сквозь зубы процедила девушка и прошла мимо него в сторону спальни.
– Я буду ждать тебя в машине, – глухо бросил Олег, даже не став ни о чем спрашивать.
Света остановилась. Сейчас она напоминала ему натянутую до предела струну; коснись ее хотя бы кончиком пальца – порвется с протяжным, басовым стоном. Олег ждал, что девушка обернется, но она не сделала этого, только лишь тихо произнесла:
– Я доберусь сама.
Чувство, отдаленно напоминающее гнев, поднималось откуда-то снизу. Валеев набрал в легкие как можно больше воздуха, а потом на выдохе проговорил:
– Нет, тебя отвезу я.
Света в очередной раз не удостоила его взглядом.
– Я в состоянии вызвать себе такси, Олег, – ответила она, не шелохнувшись. – Я не шутила вчера: все кончено.
– Мы женаты! – Валеев преодолел разделяющее их расстояние, обошел Свету и остановился перед ней. – Думаешь, это игра?
Она усмехнулась, склонила голову набок и развела руками в стороны.
– Кажется, для тебя это действительно игра! – произнесла она гораздо громче. – К чему это все, Олег? Ночь, проведенная вместе? Тот ужин, поездка за продуктами? Что это вообще было? Инсценировка счастливой семьи?
Слова Светы били его наотмашь. Олег подумал о том, что он так сильно боялся совершить ошибку, что сделал это, даже не заметив. Не нужно было целовать Свету, тем более – спать с ней. Это был не просто секс – для них обоих это было нечто большее, но это… неправильно. Это и есть ошибка, и, кажется, она непоправимая.
– Я не хотел, чтобы так получилось, – сказал Олег, так и не найдя в голове других слов.
– Это было ошибкой? – спросила Света и почему-то зажмурилась. – Для тебя?
Он понимал, что сейчас стоит на границе. Нужно было выбрать, что сделать: притянуть Свету ближе, солгав ей, или окончательно переступить черту, произнеся вслух неприятную правду. Олег так много раз обманывал ее, что не составило бы никакого труда сделать это снова, но все же он решил поступить по совести.
– Да, – кивнул он, отводя взгляд. – Это было ошибкой.
Света кивнула и снова зажмурилась. Ее руки сжались в кулаки, но не из-за злобы, а по вине бессилия, крепко схватившего ее за горло. Развернувшись на носочках, она медленно, словно в бреду, двинулась в сторону спальни, куда так и не дошла.
– Прости! – крикнул ей в спину Олег. – Прости, что причиняю тебе только боль!
Света почувствовала, что в уголках ее глаз предательски защипало, и крепко сжала переносицу двумя пальцами, дернувшись от короткой вспышки боли.
– Все нормально, – простодушно ответила она севшим от разочарования и обиды голосом. – Это ничего... Это пройдет.
***
Эмилия любила просыпаться рано утром, накидывать на обнаженное тело легкий халатик, а потом встречать рассвет, сидя на кухне – в такое время она пустовала, поэтому можно было вдоволь насладиться одиночеством. После десяти часов утра дом всегда заполнялся голосами и смехом, а вечером – горячим шепотом и стонами.