– Я не стану спорить с тобой, – отозвалась Света. – Но, поверь мне, я в состоянии отличить прошлое от настоящего. Свои чувства я пронесла через пять лет, но когда отдала тебе, ты бросил их мне под ноги. И если тебе нравится думать, что я люблю воспоминание, продолжай это делать. Ведь если любят не тебя, тебе не придется держать ответ. Так действительно… проще.
Она прижала ключи от машины и доверенность к груди и вышла из квартиры, словно навсегда отрезая свой мир от мира Олега.
Глава 23.
Лицо Антона не выражало ничего, кроме искреннего восхищения самим собой. Он сидел в машине, с удовольствием откинувшись на удобном сидении и закрыв глаза; торжествующая улыбка не сходила с его губ. Некрасов-младший чувствовал себя победителем: он, наконец, узнал все семейные тайны одним махом, к тому же, провел лучшую ночь в своей жизни.
Единственное, что отравляло триумф Антона – это недовольный взгляд его старшего брата.
– Давно ты знаешь? – Некрасов младший открыл глаза. – Ну, про бизнес, про клуб…
– Давно, – отрезал Миша, сосредоточившись на дороге.
– И как тебе? – Антону хотелось знать гораздо больше. – Как ты отреагировал? Знаешь, я сначала думал, что отец пошутил! Мы сейчас – как будто герои криминального сериала.
Миша устало покачал головой. Что ж, Антону-то и было всего ничего – двадцать один год, поэтому, наверное, все это приводит его в восторг. А может, была права Эмилия, и он был похож на отца, а не на старшего брата. Второй вариант нравился Мише куда меньше первого.
– Я был слегка младше тебя, когда отец все мне рассказал, – признался он, понимая, что его ответы слишком уклончивы, и Антон не уймется, если не дать ему наживку побольше. – Я учился тогда в одиннадцатом классе. Кажется, был то ли сентябрь, то ли октябрь.
– А в академию ты поступил, чтобы сколотить карьеру мента и посадить отца за решетку? – тут же взвился Антон; торжество, наконец, исчезло с его лица. – Слишком прозрачный мотив, не находишь?
Холодная усмешка, фальшивая улыбка – Миша ненавидел притворяться, но так часто был вынужден это делать. И сейчас тоже.
– Все было совсем не так, – покачал он головой, уверенно взглянув брату в глаза. – Наоборот, я хотел закрепиться в структуре и огородить семейный бизнес от проблем с законом.
Теперь Антон смотрел на Мишу с восхищением. Подобный хитросплетенный план заслуживал уважения, отрицать это было, как минимум, глупо. Некрасов-младший вдруг поймал себя на мысли, что уж он-то точно на такое бы не решился.
– Но ты уволился… – Антон непонимающе повел бровью. – Почему?
– Отец и так смог уладить все вопросы подобного характера, – продолжал врать Миша, и с каждым следующим словом его голос становился все более уверенным. – А я был нужен ему здесь. Совмещать два дела сразу я не мог.
– За что ты отвечаешь сейчас?
– За безопасность.
Антону не понравился этот лаконичный и сухой ответ – это было ясно по тому, как недовольно он фыркнул и уставился в окно, за которым проносились дома и другие машины. Уточнять ничего, однако, он не стал: догадался, что на эту территорию Миша его не пустит. Скорее всего, тут был замешан и отец, иначе, зачем брату что-то скрывать?
Остаток пути братья провели в тишине. Когда Миша припарковался у здания педагогического университета, Антон вспомнил Свету. Ее не хватало; она стала для него настоящим другом и напарником в групповых работах. Несколько раз Некрасов-младший пытался дозвониться до девушки, но ее телефон все время был вне зоны доступа. На страницах в социальных сетях тоже не наблюдалось никакой активности. Суворова словно исчезла с лица земли.
– Ты хоть скучаешь по ней? – спросил Антон, потому что лицо брата, на котором не было ни единой эмоции, порядком ему надоело. – Ты и жениться, кажется, собирался. Где она, Миш?
Слова младшего брата ударили по Мише гораздо сильнее, чем он ожидал. Боль оказалась почти невыносимой. Почти. Именно это слово все определяло в его жизни, благодаря ему Миша научился терпеть и не показывать вида. Как сейчас, например.