– Послушай, Олег, – голос стал намного серьезнее, – ты в Санкт-Петербурге, как раз-таки «немец» здесь и будет неприметной тачкой, их сейчас полно на дорогах. Достань я тебе «Жигули», ты точно начнешь выделяться из толпы, а это совсем не то, что тебе нужно. Я и так сомневаюсь, что тебе удалось бесследно скрыться.
– Думаешь, за мной все-таки был «хвост»?
Олег старался не думать об этом. Вообще. Если за ним следили, значит, уже знали, где он и что делает. Все усилия могли оказаться напрасными.
– Думаю, он не мог так просто отпустить тебя, Олег. – Собеседник сделал паузу, что-то обдумывая, а потом спросил, придав голосу беззаботности: – Ну, так что, на чем будешь колесить по родному городу?
Олег, не думая, ответил:
– Черт с тобой, давай BMW.
Глава 5.
Пять лет спустя
– … переутомление. Я выпишу комплекс витаминов, и ваша дочь поправится.
Голос, донесшийся до Светы, принадлежал хорошо знакомому доктору их семьи – Антону Владимировичу. Открыв глаза, девушка тут же зажмурилась от яркого света.
– Света! – воскликнул Андрей Евгеньевич. – Ты напугала нас!
Ничего не ответив, она снова открыла глаза, на этот раз осторожнее. Сфокусировав взгляд, Света узнала свою комнату; на краешке постели сидел отец, а на пуфике у зеркала – Максим, которого Андрей Евгеньевич почему-то назвал Олегом.
– Светлана, – позвал ее Антон Владимирович, – сейчас тебя что-нибудь беспокоит?
Девушка отрицательно покачала головой, и доктор ласково улыбнулся.
– Раз так, – сказал он, – я, пожалуй, пойду.
Андрей Евгеньевич, встав с постели и бросив на дочь обеспокоенный взгляд, сказал:
– Я провожу вас.
Когда дверь за мужчинами закрылась, Максим-Олег тут же вскочил с пуфика и подошел ближе к Свете. Она отвернулась от него, не произнося ни единого слова. Протянув руку, мужчина прикоснулся к ее щеке, и Света дернулась, словно от удара током.
– Не смей прикасаться ко мне, – прошипела она, зажмурившись.
Максим-Олег, тут же отдернув руку, тихо произнес:
– Извини.
Света фыркнула и перевернулась на бок. Мужчина видел, что, несмотря на ее показное равнодушие, девушка волнуется – об этом говорили сбитое дыхание и дрожащие плечи.
– Света, – позвал ее Максим-Олег, – нам придется поговорить.
– Мы должны были поговорить пять лет назад, шепотом проговорила девушка. – Но ты… Ты…
– Я знаю, что я сделал, Света! – неожиданно резко перебил ее мужчина. – Поверь мне, малышка, я понес заслуженное наказание.
Девушка, резко выдохнув, села в постели и, прожигая Максима-Олега взглядом карих глаз, произнесла, вкладывая в свои слова как можно больше ненависти:
– Не смей называть меня так!
Мужчина кивнул и, скрестив руки на груди, сказал:
– Ты ненавидишь меня, я понимаю. Ты хотела бы больше никогда не встречаться со мной, это я тоже понимаю. Твое «я выхожу замуж», которое ты сказала своему отцу, касалось явно не меня. – Он сделал паузу. – Но, несмотря на все это, тебе придется переступить через свои принципы и желания. Твоим мужем, хочешь ты того или нет, стану я.
Света, не сводя с него глаз, про себя отметила, насколько сильно он изменился за эти пять лет. Она тоже стала совсем другим человеком, но перемены в себе ее не удивляли, а вот в нем почему-то даже шокировали.
Элегантный костюм, вместо джинсов и футболки. Гладко выбритая кожа, вместо темной щетины. Неизменными остались только глаза: такие же глубокие и проницательные.
– Зачем тебе это? – спросила Света. – И с чего ты взял, что я соглашусь? Посмотри в окно и увидишь, что на дворе – двадцать первый век.
Мужчина хмыкнул.
– Андрей Евгеньевич предупреждал меня, что ты начнешь дерзить.