— Мне это нравится, ей богу. И ты, сталкер, на это купился? — Малия усмехнулась и посмотрела в глаза Дону.
— Я не хотел, но это твой шанс, — Дону посмотрел на похожую на жука девушку.
— Что? Да ты предал меня, сталкер. Просто вот так взял и сдал. В этом заключалась твоя великая помощь?
— Малия…
— Отпусти… — девушка вырвала руку и рванула вперёд, но теперь уже Хана удерживала её за рюкзак.
— Прошу вас, расскажите о Кристиане, что знаете, — Хана умоляюще смотрела в глаза Малии, но так и не дождалась рассказа.
— Я не знаю, кто такой Кристиан. К тому, что вы уже слышали, мне добавить нечего, — Малия выдернула лямку из руки Ханы и, освободившись, зашагала от них в темноту. Слава Богу теперь её никто не удерживал, даже Дону.
— Это было грубо. Зачем ты так с ней? — Дону хотел догнать Малию, но Джон остановил его.
— Это было нормальное предложение. Она его не приняла, — объяснил он. — Дадим ей время.
— У неё его почти нет, — Дону отвернулся.
— Вы так и будете пререкаться? Я не верю ей, поэтому её нужно догнать. Хватит стоять на одном месте! — крикнула Хана.
— В машину! Догоним по дороге, — скомандовал Джон.
Глава 12.
Айзек постоянно звал её. Нет, он кричал её имя, напрягая до предела голосовые связки, но Малия не слышала. Ему хотелось взять её за руку, когда она говорила о нём, переплести её длинные пальцы со своими и сжать их в руке, чтобы она ненадолго почувствовала его присутствие рядом, но его рука снова прошла сквозь её руку и ничего не получилось. Принцу пришлось возвращаться. Марин ворчала на него, как всегда, хотя, проделай он нечто подобное со своей кормилицей, всё было бы так же. Принц знал, что не имеет права просить, но в этот раз слова сами сорвались с его бледных губ. К несчастью, старая ведьма, в отличие от Малии, могла его не только слышать.
— Я хочу, чтобы она и там слышала меня.
В старом холодном зале, точно как и тогда, в подземелье, его голос обрёл прежнее звучание. Айзек пару раз пытался расспросить Марин об этом, но старуха не отвечала, сетуя на него за то, что он снова был рядом с женой непозволительно долго.
— Это так опасно, но Вы никогда меня не слушаете. Вы не мертвец, чтобы позволять своей душе покидать тело так часто. Штопальщик опять будет недоумевать. — Марин отошла от принца на один шаг, потому что уже знала его реакцию. Если бы он сейчас мог, то точно схватил бы её за горло.
— Как ты смела отправить её туда одну?!
— Вы прекрасно знаете все ответы. Принцессе были не нужны советчики. В этом вы оба схожи. Она могла умереть, если бы осталась. Герцог…
— Чушь! Она подвержена там не меньшей опасности. И ты знаешь об этом намного лучше меня. Эти бестолковые кочосонцы — они даже не знают, среди кого живут. Мне никогда не нравился Виресон. Он слишком другой, слишком….
— Думаю, что город тут ни при чём.
— Мне не нравится, как этот сталкер на неё смотрит. Мне вообще ничего не нравится. Я скучаю по ней, — принц направился в свои покои, подошёл к королевской кровати и посмотрел на своё безжизненное тело.
— Вам пора возвращаться, мой принц, — напомнила Марин, появившись рядом, и почти дотронулась до его плеча. — Штопальщик вот-вот проснётся.
— Всё равно он ничего не увидит.
— Он должен чувствовать биение Вашего сердца.
— Да. Я знаю, — Айзек достал медальон, но в последний момент передумал. — Реши, наконец, как сделать так, чтобы Малия слышала меня. Это моя воля.
— Вы не должны говорить сейчас, — Марин уже произносила слова заклинания, но принц остановил ведьму:
— Я снова нужен Малии. Я не могу вернуться, прости.
— Но что мне говорить Штопальщику? — крикнула Марин вслед принцу.
— Ничего. Просто усыпи его снова.
— Человек не должен столько спать. А Вы себя доведете до того, что никакая магия не поможет. Штопальщик прав: я отнюдь не всесильна, — проворчала ведьма, вглядываясь в зыбкие тени, которые тут же пропали. Марин обернулась и посмотрела на дверь, в которой через минуту появился Штопальщик, а за ним и Валейн почти со всей своей стражей. Казалось, что в этот раз терпение герцога лопнуло.