О принце с осколком зеркала в сердце забыли. И только Малия бережно хранила воспоминания о нём. Прошло время. Теперь девочка выросла, а принц Айзек действительно перестал топить кошек. За это время он успел завоевать мир и славился всюду своей необъяснимой жестокостью. Что ж, отец оказался прав…
Воровка моргнула и очнулась от невесёлых воспоминаний. Она продолжала чувствовать запах шафрана, даже находясь в замке Валейн в запертой комнате, а это означало, что Айзек до сих пор находился поблизости, где-то совсем близко, но где? Девушка распахнула окно. Тонкий запах шафрана тут же сменился на сильный аромат мяса из окон кухни. В замке жарили гусей к обеду.
— Уже планируете побег? — голос канцлера заставил её обернуться.
— Если бы я этого хотела, то уже была бы не здесь. Я жду объяснений. От Вас или герцога, мне всё равно.
— Я рад, что наши желания совпали. Пойдёмте со мной. Герцог ждёт.
Воровка не ответила, а проследовала мимо канцлера и вышла из комнаты в освещенную факелами галерею.
Герцог Валейн сидел за столом. Вокруг него суетились огромные пятнистые доги и два устрашающего вида английских мастиффа. Герцог брал с серебряного подноса куски сырого мяса и бросал их собакам прямо на украшенный старинной мозаикой пол. Создавалось впечатление, что его светлость только что вернулся с охоты. Воровка остановилась в дверях.
— Ну, что же Вы встали? Прошу, — мужчина перевёл взгляд с собак на девушку и указал ей на место за столом напротив себя. Не обращая внимания на сдержанное рычание псов, воровка подошла к столу и села на предложенное место. — Ну и Вы, канцлер! Прикажете мне вас по одному рассаживать? Ну, а ты можешь возвращаться во дворец, Марин. Да, передай от меня привет Айзеку.
Тут только воровка увидела в углу старуху. Разложив вокруг себя небольшие плоские камни, старуха бросила на них горсть сапфиров и посмотрела сначала на воровку, а потом на герцога:
— Принцу Айзеку, ваша светлость, — поправила она.
— Хорошо, ПРИНЦУ, — не без раздражения согласился Валейн.
— Тогда я закончу амулет завтра, — женщина снова посмотрела воровке в глаза, и девушке пришлось отвести взгляд на накрахмаленную салфетку, стоящую у неё на тарелке, а Марин удовлетворённо добавила: — Думаю, что принц предоставит Вам возможность сделать это лично, Валейн.
После того, как Марин собрала руны и ушла, в воздухе повисла тишина…
— Что она имела в виду? — наконец поинтересовался канцлер.
— Ничего, как и все сумасшедшие. Подавайте обед! Вы же не против? — герцог взглянул на воровку. В это время слуги принялись уставлять стол изысканными кушаньями.
— Меня привезли сюда только за тем, чтобы ваша светлость мог пообедать в моём обществе?
— Вы слишком изысканно изъясняетесь для воровки, Малия. Сидите прямо, не набрасываетесь сразу на еду. Только почему же Вы не переоделись, а остались в этом своём тряпье? Разве в шкафу вашей комнаты не нашлось достойного платья?
— Мне рядиться не пристало. Хотелось бы услышать причину, по какой я оказалась здесь.
— А разве канцлер Вам не сказал? Это поразительно! Знаете, а я ведь именно такой Вас и представлял: красивой и неприступной, но Вы… Вы превзошли все мои ожидания! Теперь я понимаю, почему он выбрал именно Вас!
Воровка спокойно ждала, пока с герцога схлынет восторженная волна ничего не стоящего красноречия. Она собиралась слушать, а не продолжать разговор. Не дождавшись от воровки ни слова в ответ, герцог продолжил:
— Думаю, Вам стоит задержаться здесь на какое-то время… — Валейн хотел сказать что-то ещё, но не успел. Замок накрыла гигантская тень, а потом его стены затряслись и раздался удар, будто бы тысячи стенобитных орудий принялись крушить стену в одной точке. Все повскакали со своих мест, и только воровка продолжала сидеть за столом и сохранять спокойствие. — Что происходит?! — воскликнул Валейн. — Стража!
В этот момент противоположная от стола стена замка обрушилась вместе с окном, и в образовавшуюся брешь ввалился огромный боевой дракон Айзека. С потолка в центр длинного стола рухнула хрустальная люстра.
— Это я, дядя. Прости за вторжение. Но мне вдруг очень захотелось присоединиться к вашей милой компании. — Айзек обвёл взглядом присутствующих в зале и остановился на Малии.
— Что это значит, принц! Вы… Вы разрушили мой замок! Вы действительно психически нездоровы! — но Айзек уже не обращал внимания на герцога.