– Мне не нужен этот мир без тебя. Если я закончу войну, если забуду о прошлом, ты останешься со мной? Примешь эликсир?
Тира молчала, будто не могла решиться. Она внимательно изучала лицо мужа, выискивая в словах намеки на обман или притворство.
– Да, – в итоге выдохнула она.
Та же тускло освещенная комната, та же огромная кровать из черного дерева, но между датами – многие сотни лет. На постели все та же девушка. Она не изменилась. Но Кьелл сидел на полу на коленях, держась руками за голову. Волосы у него растрепались. Вещи вокруг были разбросаны, а мебель – поломана.
Кьелл дрожал, будто его могучее тело терзала боль.
– Ты обещала, что останешься со мной…
– Ты хотел ребенка, – прохрипела Тира, будто каждое слово давалось ей с трудом.
Кьелл ударил кулаком по черному мраморному полу, оставив несколько трещин. Лицо Темного короля исказилось от душевной боли.
– Но не такой ценой. Ты не должна была этого делать. Я нашел бы другой выход. Если бы ты сказала раньше…
– Мое тело… отторгает прежнюю сыворотку…
– …дала бы мне время… Я потерял дочь, а теперь и ты покидаешь меня.
– Я буду рядом с ней.
Кьелл поднял голову. Слезы стекали по его несчастному лицу.
Гелиен помнил рассказ Хэварда. Эликсир бессмертия лишил Тиру способности к зачатью, поэтому она не могла подарить королю наследника. Девушка в тайне от мужа решила не принимать его. Когда родила ребенка, она возобновила прием, однако эликсир не сработал. Тира прожила без него восемьдесят лет, затем годы взяли свое. И что бы Кьелл ни делал, тело жены отторгало прежнюю сыворотку, а новую он сотворить не успел, так как Тира рассказала ему все только, когда поняла, что умирает. Возможно, пока ей не поплохело, она и сама не подозревала, что эликсир больше не работает.
– Найди внука. Защити его. Обещай, что будешь с ним рядом. И, любимый, дай ему самому принимать решения. – Тира попыталась улыбнуться.
– Обещаю, любимая.
– Частичка нас останется с тобой.
Друзья рассеянно молчали в ожидании разъяснений. Гелиен поднялся из-за стола, шумно отодвигая кресло.
– Вы ничего не знаете о Кьелле. Вся ваша история построена на словах его брата. Напомнить, кто последние десятки лет оберегал Оглам? Кто защищал северо-восточную границу? Светлорожденные даже понятия не имели, что гриндоки пробудились!
Алвис тоже встал.
– Если бы не Кьелл, я бы сейчас здесь не сидел. Я с тобой.
У Гелиена не хватило сил улыбнуться, и он лишь благодарно кивнул. Затем повернулся к Стейну.
– И кто входит в так называемый Тайный Совет? – спросил тот.
– Темный Круг Кьелла. Хэвард, Тален, Роймунд…
– Отец, – оборвал главный советник. – Неудивительно, что ты так долго молчал. Попахивает его участием.
– Он предупредил, что тебе будет тяжело понять.
Стейн обладал весьма своеобразным чувством юмора; порой и правда было сложно разобраться, шутит он или говорит всерьез, злится или притворяется.
– Разумеется, отец всегда лучше знал, как мне жить. Но он, как обычно, оказался неправ. Я не в восторге от подобного решения, но ты – мой друг и мой король. Я с тобой до конца. Но то, что ты не сказал все сразу, я еще не готов простить. – Стейн насмешливо наклонил голову.
Еще один камень упал с души Гелиена. Чувствуя нарастающую тяжесть в груди, он медленно повернулся к главнокомандующему в надежде услышать верный ответ.
– Я поклялся защищать короля Мальнборна и буду верен клятве, – заговорил наконец Элиас, – даже если мне придется защищать тебя от себя самого. Но надеюсь, такого никогда не случится.
– Я тоже, – осторожно отозвался Гелиен.
В покоях было темно, несмотря на раздвинутые до предела шторы. Погода не предвещала ничего хорошего: небо было затянуто необычайно темными тучами, а в высокие арочные окна стучали крупные капли дождя.
Гелиен спал плохо и наутро проснулся в холодном поту на скомканных простынях. В последнее время его мучили странные сны, которые никак не получалось вспомнить. Лишь вспышки изумрудного света, что пробивались в сумеречном пространстве.
Большую часть ночи Гелиен размышлял о разговоре с друзьями. С одной стороны, все прошло неплохо. Арэя, Алвис и Стейн с пониманием отнеслись к его решению. Не отвернулся и Элиас, хоть и был недоволен выбором Гелиена. Но его реакция все равно тревожила.
Арэи рядом не оказалось. Еще раз взглянув в окно, Гелиен задумался о том, сколько сейчас было времени. Он умылся, оделся и уже готовился выйти из покоев, как открылась дверь.