На этом запись пришлось прервать, так как треск дозиметра заглушил собой все остальное. Джейдер подошел вплотную к границе странного разлома. Долго находиться здесь было опасно даже в защитном скафандре. Разлом уходил далеко в глубь, скрываясь в бездне контрастных теней. Джейдер включил лазерный дальномер. Показатели сорвались в тысячезначные числа, серьезно прыгая в грубой погрешности от малейших движений шлема. Но даже этих данных было достаточно, чтобы понять, что разлом уходит на километр вглубь, наверняка задевая штреки шахты. Задерживаться в этом месте было опасно. Он быстро окинул взглядом близлежащие монолитные постройки, в назначении которых было непросто разобраться без предварительного изучения схемы. Все они были похожи друг на друга как две капли воды. Часть посадочной площадки была обрушена в образовавшийся разлом. Джейдер заметил это еще в тот момент, когда, задыхаясь, искал входной шлюз. Однако теперь, когда сознание было ясным, становилось очевидно, что обрушение посадочной площадки было не единственным повреждением, которое коснулось шахты. По меньшей мере еще две постройки так или иначе были повреждены. Густая тень, покрывающая добывающий комплекс, возможно, скрывала еще более серьезные разрушения. Но что это были за разрушения?
– Уилсон! Выведи на визор план шахты, – быстро произнес Джейдер, стараясь не терять драгоценное время.
По визору расползлись полупрозрачные проекции трехмерных построек, которых было определенно больше, чем можно было видеть собственными глазами. Как он и думал, большая их часть скрывалась в непроглядной тени, а те, что были доступны взору, казались настолько похожими, что не поддавались идентификации. Все, кроме одной. Посадочная площадка сильно выделялась среди прочих строений и, несмотря на частичное обрушение, отлично читалась со схемы.
– Разрази меня Юпитер… – наконец прошептал Джейдер, поняв, какие именно звенья комплекса подверглись разрушению.
Не медля больше ни секунды, он развернулся на 180 градусов и быстро двинулся прочь, теряя шум дыхания в громком треске дозиметра. Теперь картина полностью прояснилась, делая характер катастрофы понятным. Но по его мрачному выражению лица было ясно, что это понимание ни в коем случае не делало ситуацию лучше. Словно проверяя свои догадки, Джейдер обратился к Уилсону.
– Уилсон, тебе что-нибудь известно о методах добычи металлов на этой шахте?
– Добывающий комплекс GM-3, планета Ганимед, производит добычу нескольких металлов, таких как никель, кобальт, уран. Добыча производится комбинированным путем: с помощью горнопроходческих роботов и тепловых машин, а также методом выщелачивания металлов из пластов залегания. Горячий активный раствор под давлением закачивается в недра, расплавляя и растворяя полезные соединения, а затем откачивается обратно для прохождения сорбции и получения концентрированных солей металлов.
Этой информации было достаточно, чтобы подтвердить самые мрачные предположения. Широкими прыжками Джейдер стремительно возвращался обратно к входному шлюзу, стараясь быстрее скрыться от губительного излучения. Не сбавляя темп, он наконец решился сделать запись, готовую пролить свет на причины произошедшей здесь катастрофы.
– Запись в журнал. 153-й час каллистианских суток. Похоже, я наконец понял, что стало причиной сбоя в работе добывающего комплекса. Все несколько хуже, чем я мог предполагать. Шахта производит добычу нескольких видов тяжелых металлов путем выщелачивания. В их число входит и уран. Добытый раствор проходит этапы сорбции и хранится на поверхности в защищенном ангаре для дальнейшей транспортировки на Каллисто. Соли урана проходят концентрацию и обогащение прямо на месте, принимая компактные формы для удобной транспортировки. Причина заключается в том, что сам склад для хранения обогащенного урана провалился в образовавшийся разлом.