– Твою мать! – выругался Джейдер, оценивая неутешительную картину результатов диагностики.
Без налаживания связи с реактором и без его энергии было невозможно перезапустить работу роботов и наладить производство кислородно-водородной пары. Не было никакой гарантии, что спасательная капсула прибудет сюда раньше, чем в скафандре закончится кислород. Если они вообще знают об аварии. Нужно восстановить связь. В распоряжении комплекса было четыре узконаправленные антенны, а также всенаправленная антенна ближнего космоса.
Внезапно все экраны компьютера и проекционный стол разом погасли, погрузив пространство в кромешную тьму. Исчезла проекция и с визора самого скафандра. Теперь Джейдер оставался один на один со своим страхом, на чужой необитаемой планете. Не в силах сдерживать его давление, он произнес:
– Уилсон! Ты здесь? Что случилось? Почему все погасло?
Но в ответ он не получил ничего. Минуты бездействия постепенно превращались в вечность. В скафандре становилось все более душно. Углекислый газ не подвергался сорбции без работающих систем жизнеобеспечения.
«Именно он убьет меня первым, а не нехватка кислорода», – успел подумать Джейдер, прежде чем визор внезапно озарила эмблема JSA.
Спустя томительную минуту в скафандр ворвался шум активации газового насоса. По визору быстро побежали диагностические данные.
– Добрый день, Джейдер Вакрой, – прозвучал синтетический голос Уилсона. – Запущен процесс сорбции углекислого газа. Уровень кислорода восстановлен.
Его голос, доселе раздражающий, сейчас сбросил несколько тонн груза с сердца Джейдера. Прежде чем он сумел произнести хоть слово, искусственный интеллект продолжил:
– Диагностика систем шахты завершена. Результаты выведены в отчет в левый нижний угол визора.
– Проклятье, Уилсон! Какого черта ты так долго молчал?! – наконец обрел дар речи Джейдер. – Я думал, ты накрылся, не пугай меня так!
– Прошу прощения, но мне пришлось на время отключить голосовой интерфейс и бросить все силы на сопряжение систем. Я не смог обработать большую часть данных, так как просто не успевал за потоком информации. Однако я смог расшифровать базовые алгоритмы и получить частичный контроль. Все данные сохранены в отчет.
Джейдер перевел дух. Сейчас только один вопрос интересовал его больше всего.
– Уилсон, что со связью? Мы принимаем какие-либо сигналы?
– Радиоэфир абсолютно пуст. Только белый шум Юпитера, – холодно ответил Уилсон.
– Черт! Да как такое возможно? Неужели буря настолько мощная, что блокирует любые сигналы?
– В момент мониторинга я не зарегистрировал никаких сигналов ни от колонии, ни от машин фон Неймана, – ответил Уилсон, и этот ответ не сулил ничего хорошего.
– Значит, у нас нет никаких шансов определить позицию передатчика, – заключил Джейдер, заметно помрачнев. – Пытаться нацелить антенны вручную – это все равно что попасть в движущуюся песчинку с расстояния десяти километров.
Он замолчал. На какое-то время вокруг воцарилась полная тишина.
– Черт, как жалко, что со мной нет Таларда, – прошипел сквозь зубы Джейдер. – Он бы точно что-нибудь придумал. Уилсон! Мы можем отправить сигнал о помощи по всенаправленной антенне? Кто-нибудь точно примет его.
– Да, можем. Но, боюсь, на это потребуется много энергии.
– Сколько?
– Учитывая помехи и среднюю чувствительность приемников на кораблях колонии, мощность сигнала должна быть порядка шестьсот киловатт.
– Шестьсот киловатт! – простонал Джейдер.
Его совершенно не привлекала идея отправить короткий сигнал бедствия ценой львиного запаса топлива. В таком случае ему останется от силы на сутки жизни, а ближайший корабль окажется здесь не раньше, чем через трое.