Одни Адовы смотрели на это завораживающее действие с низин, стараясь не слишком попадаться на глаза демонам. Другие лицезрели с облака третьего уровня, стараясь сильно не высовываться, чтобы тоже не попасть под раздачу. И каждый удар ангельского меча, каждый всплеск света и тьмы, создавали особую симфонию хаоса, которая разносилась по небесам. Скрежетали когти, клацали зубы, а от взмахов крыльев сдувало листья на вечнозелёных деревьях.
Тогда как в небе воевали все крылатые и махал огромными руками Люцифер, по земле ползали, бегали, прыгали и копошились все демонические порождения от чертей и бесов до уцелевших змей и церберов. Были среди них и некроманты, и чёрные рыцари. А там же почерневшие от повторной смерти джинны и эфриты, огонь которых погас, но теперь их позвали за собой праотцы и они восстали духами, но теперь горели уже как будто состояли из природного газа. И этот зловещий голубой цвет внушал опасение одним своим видом.
В центре этой эпической битвы, среди вихря света и тьмы, стоял на малом маневровом облаке архангел Михаил. Его меч сверкал, как звезда, готовая разорвать тьму. Он знал, что это не просто сражение. Это была война за души, за будущее, за саму суть существования.
Его голос, как гром, раздавался над полем боя:
— Мы не отступим! Мы защитим наш дом! Мы изгоним эти отродья обратно, откуда они поднялись!
— Ага, щаз! — донеслось в ответ от Бегемота громогласно. — Да с мягким знаком!
Он и прочие генералы ада тоже проявляли себя в не меньшей степени. И демоны, ведомые своими предводителями, не собирались сдаваться. Они шли вперёд по темнеющей земле, как буря по волнам. И каждый их шаг был полон решимости.
Астарот с его зловещим смехом, бросал вызов самим небесам, и его слова были полны яда:
— Ваши светлые мечты падут! Вас развеет как пепел. Подобно тем, кого мы потеряли. И мы возьмём то, что принадлежит нам по праву силы!
От очередной яркой вспышки клинков и когтей Даймон зажмурился. Он понимал, что началась великая битва, где ангелы и демоны сражались не только за свои миры, но и за саму суть добра и зла. И в этом хаосе, среди мечей и криков, зарождалась новая легенда о конце света. Но за кого в этой последней битве выступить им? Этого он понять не мог, не разглядев толком ни врагов, ни друзей.
«Может, это вообще не наше дело?» — подумал демонёнок и посмотрел на Мару.
Та взирала на битву с пылающими синими глазами, но не говорила ни слова. Пукс сидел у её ног, поджав уши и опустив хвост. А Малой смотрел на битву с интересом, то хлопая в ладоши, когда сверкала особо яркая молния, то тыкал пальцами в менее значимые битвы на земле, где демоны брали количеством и вместе с прочими порождениями ада сносили всё, что когда-то цвело и благоухало.
Первый уровень пал следом, как песчаный замок при набегающей волне. Грациозно, но неизбежно. И когда Люцифер разметал врагов, раздавив большинство архангелов могучими руками в небе, сражение грозило продолжиться и на следующем уровне. Вот только — с кем?
Задаваясь этим вопросом, демоны тут же полезли наверх по корням Прадерева, а самые смелые впивались когтями в сам его ствол, если хватало сил. И немногочисленные небесные воители уже ничего не могли с этим поделать, отдавая саму суть мирозздания на поругания тёмным силам.
— Уходим, они проигрывают, — наконец, сказала Мара и тут же подхватила на руки Малого.
— Но куда?
— Конечно, повыше! Куда ещё? — ответила сестра.
Даймон не спорил. Ведь за сестрой побежал даже Пукс, поджав хвост. От его обычно воинственного настроя не осталось даже тени.
Силы Рая слабели. И в этот момент, когда надежда казалась потерянной, из глубин верхних облаков появился новый свет. Особый, с красноватым оттенком. Это была сама сила веры, объединяющая как ангелов, так и архангелов.
— Серафимы, — сказала с неким благоговением в голосе Мара и когда её глаза потухли, вновь вернув привычную черноту, повернулась к брату, перед тем как лезть по корням Прадерева наверх и добавила тише. — В дело вступила кавалерия и их сердца наполнятся решимостью. Проще говоря, сейчас такая заруба начнётся, что рядом лучше не стоять. Они сильны!
— Где же нам тогда стоять?
— Лезем на саму крону! — отрекомендовала сестра и усадила Малого себе на плечи. — Держись там. Если упадёшь, то больше кататься не будешь.
— Ура! Кататься! — уловил главное для себя Малой и обхватил шею сестры как можно крепче.
Падать навстречу наседающим демонам не хотелось даже ему. А судя по периодическим криками генералов «а мелкого этого не видали?» и «как найдёте, три шкуры с него сдерём!», с уцелевшими остатками ада ему было вовсе лучше не встречаться.