Но если на орехи доставалось и генералам ада, то что сказать о простых демонах? Те словно в мясорубку попадали, когда рядом пролетал даже архангел, а оказаться поблизости рядом с серафимом означало гарантированную смерть.
Среди хаоса войны маленькие создания с розовыми и белёсыми крылышками словно играли в догонялки. Пышные детские причёски спадали на миленькие улыбающиеся личики, нелепые пелёнки, (а порой просто памперсы!) всё норовили соскользнуть с подвижных деток, но чудесным образом оставались на месте. Шустрые проворные тела спокойно уходили от любой атаки, и смешки лишь всё больше распыляли демонические легионы.
Даймон сначала засмотрелся на серафимов. Это был как большой кузнечный молот, раз за разом обрушивающийся на наковальню. Но звенели и маленькие молоточки, без которых был бы просто невозможен весь созидательный процесс «в кузне». Херувимчики то подправляли выпады усталых рук небесных воинов, то отводили снаряды, пущенные в них, то подхватывали оружие, выпавшее из ослабевших рук и возвращали владельцам, а ещё они эвакуировали раненных, вцепившись в него по десятку на существо. И эта эвакуация спасала немало жизней.
Мара смотрела то на Малого, который теперь был предоставлен сам себе на новом небе, то на Херувимов. И вдруг поняла, что её младший брат вскоре вырастет, а эти вечные пленники Рая останутся детьми… навсегда. Изо дня в день, эти вечно молодые и юные будут исполнять свои затейливые игры, не понимая внешнего мира и даже не догадываясь о том, что могло ожидать их там. Какие у Рая на них планы? Вопрос остаётся открытым.
Мара подсела на облачко к брату. Рядом как раз пронёсся один из златокудрых низкорослых посланников, пробормотав:
— Адовы должны быть вместе.
— Но мы — вместе! — возразил Даймон, не совсем понимая о чём говорит крылатый гонец.
— Вместе, но не все, — добавил тот и раздвинув облачко под ногами, показал на оборотня в мыле, который бегал вокруг банши и дамы в чёрном-красных одеждах, постоянно отгоняя от них то змей, то церберов, то чертей с бесами.
— Папа! — тут же признал в странном медведе Даймон отца.
— И мама! — добавила Мара.
— Мама? Мама-а-а! — подбежал к ним Малой и едва заметив кутерьму внизу, сразу нырнул в проём.
Но сестра схватила его за голую пятку и удержала на весу, а затем прижала к себе.
— Не переживай, мы обязательно до них доберёмся, но… не так явно.
— Хочу в папе, — потребовал Малой, но спорить не стал.
Зато во всю зашёлся лаем Пукс, лая словно на херувимчика. Его пронзительные глаза смотрели ясно и без тени страха. И какие могут быть судьбы мира, когда такие глаза смотрят сквозь тебя, пронзая всего от и до, разбирая на молекулы? Но глядя на них, Даймон понял, что что-то не так.
Хотя бы то, что херувим не улетал по прочим делам, а все ещё кружился рядом с ними.
— Постой-ка… Но ведь ты…
Глаза херувима захлопали в непонимании. От него вроде даже пахнуло детской присыпкой, а затем глаза резко почернели и тот, кто только принял образ небесного посланника, резко кинула на Малого.
— Я убью тебя!!! — закричало это существо и в его пухлых руках мелькнул клинок.
Даймон вскинул руку и распахнул крылья мгновенно, стараясь закрыть Малого. Но рука оказалась слишком коротка. Только крыло успело прикрыть младшего брата и тут же остриё вспороло перепончатую кожицу.
— Ай! — вскрикнул Даймон, рефлекторно складывая крылья вместе с клинком. Что обезоружило нападавшего, но окончательно порезало крыло.
Глаза Мары тут же загорелись синим. Но на этот раз пламя охватило всё тело. И когда большая его часть сконцентрировалась на руках, она выстрелила им в перекинувшегося черта и тот с криком полетел по направлению к пылающим райским кущам.
Морщась, Даймон выдрал клинок из крыла. На облако брызнула кровь.
— Тебе… больно? — смотрел на него в недоумении Малой, не понимая ни почему возник клинок, ни почему исчез. Теперь перед ним была лишь боль брата.
Брата, который защитил его!
— Не, Малой, всё в порядке, — сложил крылья демонёнок и стараясь скрыть слёзы в глазах от боли, отвернулся.
Крыло больше не складывалось, висело как тряпка. И при любом движении это доставляло боль.
Мара тут же оборвала рукава, связала их вместе и подвязала ему раненное крыло.
— Держись, брат. Всё будет хорошо.
Их на миг ослепило яркой вспышкой. Затем небо тряхнуло. Фронт основных сражений приближался. Оба снова посмотрели «в окно» в облаке, где к банши, медведю и вампирэссе присоединился мужик с огромным мечом и теперь их компанию предпочитали обходить стороной даже рослые демоны. А особо настырные тут же превращала в ледышки Снегурочка, которую тоже рассмотрели рядом.