А ещё демонёнок увидел, что под прессом богов, которых устраивало новое положение господ, в головы людей вбивалось, что Африка и является прародиной человечества. И что люди — это лишь обезьяны и новой человеческой цивилизации не более шести тысяч лет. А до этого не было ровным счётом ничего и быть не могло.
Но покинувшие «рай» и вразумлённые Марой видели всю правду жизни, так сказать без розовых очков. На них и ополчились все силы небесные. И озлобленные, коварные боги делали всё, чтобы люди не вспомнили свою суть, не узнали правды.
Но людские герои не забыли кровь пралюдей и напутствия богини-матери! Эти личности уже сами боролись с богами и кроили мир по-своему. Человечество вновь добралось до ступенек Олимпа и разрушило его, истребив или изгнав большинство богов-господ.
Однако, несколько младших богов уцелело. Они сменили тактику, вовремя сменив доспехи воинов на рясы мудрецов-советчиков. И крылья их были пернаты, но нимбы прикрывали рога! На арену вышли новые культы единобожия. И война за сферы их влияния не прекращалась с тех пор ни на день.
Людям, что вроде бы победили, но вновь были порабощены духовно, втирали до самого мозга костей, что они рабы. И слабые, безвольные овцы. И многие поверили в это, став ещё слабее, чем прежде ровно в том момент, когда отдали свои душевные силы посредникам — ангелам-хранителям. Которые охотно стали их няньками, взращённые благими начинаниями, но ведя по дороге в ад.
Даймон открыл глаза, вдруг всё осознав!
Люди были обмануты. Но многие — сами себя обманывают и их всё устраивает. Они стали ещё слабее, чем были. Ели раньше человек в одиночку своей душой менял судьбы целого мира, то теперь их коллектив душ стал подобен голосящему деймосу, который уже не решал ничего. Человечество раздробило свои творящие силы. И их охотно пожирали как даймоны, так и ангелы. А пользовались этим уцелевшие боги. При том, что такие боги как Мара вовсе ничего не могли сделать, лишившись своих изначальных сил.
«Против толпы, как говорится, не попрёшь», — подумал демонёнок, прекрасно понимая почему мир наплодил монстров. Это был ответ искажённых душ. Когда изменилось само внешнее содержание «сосуда». Но кто больший монстр в этой ситуации, монстры, что не похожи на людей или сами люди, что порой ведут себя хуже любых монстров богам на потеху?
Вопрос открытый. Но глас быстро меняющегося общества повлиял так же и на сами силы вокруг людей. Люцифер, создавая демократию для людей не учёл, что и прочие сферы от неё пострадают. Как следствие, и воинстве небесном произошёл раскол. Ангелы пали. А Даймоны, низведённые до ранга демонов, так же потеряли единоначалие. И сам бог утренний Зари, рекомый Денницей, низвёл себя до уровня Сатаны в попытке разобраться в этом и удержать власть среди равных.
Это изменило его божественную суть. И Сатана решил, что лучшее, что можно сделать — это завершить процесс «перехода». И всё-таки «перезагрузить» человечество. То есть — стереть с лица земли и посеять новое.
«Вот для этого он и отправил на Землю Малого», — подвёл итог своих долгих раздумий Даймон, вглядываясь в белое безмолвие вечно-холодного мира.
Расправив крылья, он оторвался от раздумий. Пора действовать!
— И что же мне делать⁈ — рассердился демонёнок.
Тяжёлая платформа ботинка с размаха пнула громадный булыжник, сиротливо торчащий из шапки снега. Но Даймон рассчитал силу удара и вместо того, чтобы скинуть булыжник со скалы, лишь схватился за ушибленный палец.
Его крик, полный досады, разнёсся по округе:
— Ну, не знаю я, где искать этот ваш вход в ад!
Послышался хруст снега. Демонёнок обернулся и обнаружил, что к нему на скалу поднимается… сестра!
Она шагала неспешно, размеренно и почти так же, как тысячи лет назад в своё долгом пути из павшей Гипербореи в только набирающий силу Египет.
— Мара! — воскликнул он и бросился к ней навстречу.
— Что скрыто для глаз, открыто для души, братец. — Сказала она как обычно без тени улыбки. Но что-то подсказывало демонёнку, что тоже рада его видеть. Возможно, из-за искр в бело-голубых глазах.
Падал мелкий снег, так похожий на муку. Небо заволокло серой ватой. Снежинки падали на них обоих и тут же испарялись.
Даймон поднял взгляд высоко в небо. Серебряное небо настраивало на поэтический лад. Хотелось сесть у камина или костра, взять в руки гитару или блокнот и творить, сочинять, наслаждаться творчеством для Ленки, но дела без него никто не разгребёт.
— Ты тоже выбралась из Лимбо? — спросил первое, что пришло в голову демонёнок.