— Тише! — рявкнул демонёнок. — Никаких просьб и желаний на этом круге! Иначе они услышат.
Он зажал рот младшему брату и попытался всё объяснить:
— Если будешь говорить о своих желаниях и мечтах вслух этим существам вокруг, то мы никогда отсюда не выберемся. Все мы! Понимаешь?
— Угу, — кивнул малец и захлопал густыми ресницами.
Поднялся гул. И все резко перевели взгляд на ту часть пустыни, где показалось пламя, а сам песок под ногами обернулся стеклом.
Это были ифриты!
Огненные духи показались среди оплавленных песков, как само воплощение ярости и разрушения. Их пламя не только обжигало, но и поглощало всё вокруг, опаляя невысокие плато и в бессильной ярости стараясь испепелить всё, до чего могут дотянуться. Бесспорно, это были духи самого уничтожения.
Ифриты так быстро летали, что Даймон предполагал увидеть вихри вместо ног, но ноги у них всё же были. У кого привычная пара, у кого одна, но такая мощная, что он мог прыгать далеко и долго. Эти существа бродили по пустыне, оставляя за собой следы из пепла или стеклянную дорожку, которая только фокусировала свет и после их поступи ещё больше стремилась выжечь всё вокруг!
Глаза ифритов светились, как угли в ночи, и каждый их шаг без преувеличения сотрясал землю, вызывая песчаные бури, ещё более разрушительные, чем у джинов. Оба типа существ словно спорили между своими группами, кто создаст больше завихрений из песка, огня и дыма. Но где бы они не проносились, хорошего для округи было мало. Они уносили в небытие все, что имело хоть какую-то ценность!
В то же время на широком плече Колуна заворочалась, приходя в себя, Мара, более не желая валяться безвольной тряпичной куклой.
— Госпожа, отдыхайте. Вы потратили столько сил, — попытался устроить её поудобнее Рыцарь Смерти.
— Нет, пусти меня! — потребовала она тут же.
— Зачем так убиваться, — прошептал Колун, бережно опуская богиню на песок.
Немного отдышавшись и придя в себя, Мара поморщилась и спросила:
— Где это мы?
— Известно где, — ответил демонёнок. — А аду. Но если быть точнее, то это пятый круг. Бесплодное царство, где ничему не расти, кроме ярости, гнева и боли несбывшихся мечтаний. Парадокс заключается в том, что сами желания здесь могут быть исполнены по щелчку пальца. Так что бойтесь своих желаний и ничего не зага…
— Кататься! — тут же потребовал Малой, словно забыв про всё, что говорил ему старший брат.
Мгновенно джины оказались рядом, едва чуткого слуха коснулось пожелание.
— Чего изволите? — тут же спросил один из них, самый синий и самый дерзкий, подлетев почти вплотную.
— Кататься! — повторил Малой и добавил с улыбкой. — И сказку!
— Будет исполнено, — кивнул джин и самый младший Адов мгновенно оказался у него на плечах. До тех пор бесплотных, но как только его эфемерной структуры коснулись, он стал плотным как седло. А следом вручив вожжи мелкому наезднику, добавил. — Куда поедем?
— Пф-ф-ф! — сделал одним губами Малой и тут же попытался слезть. А между тем повторил. — Кататься хочу!
— Но мы же и собираемся кататься, — сказал ему джин, но наездник снова попытался слезь, заартачился и прядал губами, будто сам конь.
Даже по виду было понятно, что не такой прогулки ожидал Малой.
— Кататься на Тяпе! — мгновенно уточнил он запрос.
— А кто такой Тяпа? Или что это такое? — даже немного растерялся джин, готовый предоставить их хоть сотнями, если бы знал, что делать.
Увидав растерянность собрата, тут же его инициативу перехватил другой джин. Фиолетовый, как перезревший чёрный виноград.
— А давай я буду Тяпой? — предложил он и пересадил Малого на себя, тогда как сам встал на четвереньки и создал настоящее седло у себя на спине. — Видишь? Я — Тяпа!
— Пф-ф-ф! — всё ещё было недоволен Малой и снова попытался слезть. — Тяпу хочу! Ты не Тяпа!
Джины тут же заспорили кто такой Тяпа или что может его заменить. И такая вокруг буря поднялась от этого спора, что их тут же укрыло как от внимания приближающихся ифритов, так и от прочих джинов.
Быстро сориентировавшись в ситуации, Даймон тут же подхватил Малого, усадил себе на шею и скомандовал:
— Бежим!
Пукс был только рад выполнить команду, тут же увязавшись у ног хозяина. А Колуна дважды просить не требовалось. Снова подхватив ослабевшую Мару на плечо, он поспешил за ними. Но проржавевшие во влажности доспехи, тут же забившись песком в местах сочленений, на этот раз уже не просто скрипели, а просто молили о пощаде. От чего Рыцарю Смерти пришлось по ходу избавиться сначала от рукавиц, затем от наколенников, затем от набедренников и налокотников. А когда на песке следом остались наручи, налядвеники, набрюшник, латная юбка и предплечник, Рыцарю пришлось перекладывать Мару с плеча на плечо на бегу, чтобы избавиться ещё и от наплечников.