Парень часто замотал головой, отрицая свою вину, которую, в принципе, уже давно доказали.
Пахом скривился. Зря. Нельзя Макару врать, дурачить его нельзя. Боком выходит такая глупость.
Раздался хруст костей и тут же парень закричал от боли.
– Ну вот. Ещё один сломанный палец. Сколько там у нас осталось? Семь? – со стороны могло показаться, что Лавру по кайфу пытать неудачливого программиста, но Геннадий хорошо знал, что это не так.
Раньше Макар вообще не участвовал в подобного рода «мероприятиях». Да, всегда был зол, даже агрессивен по отношению к предателям, но сам пытал кого-либо редко. Убить мог. Жёстко, без сожалений и прощальных слов, просто нажимал на курок или доставал нож и заканчивал дело.
Сейчас же, он словно обезумел. Пахом даже начал побаиваться за его психическое состояние и, честное слово, был бы Макар ранен в голову, понял бы его состояние. Но только мозг Лавра не давал сбоев. Напротив, работал, как часы. Мог бы посоревноваться с великими мыслителями, чтоб ему.
– Кому ты сливал инфу? – снова хрустнул палец, а «штрафник» истошно заорал. – А может мне топор взять, а? Макс, у нас есть топор? – повернулся к побледневшему охраннику и тот сглотнул.
– Здесь нет, шеф, но если надо я…
– Я скажу! Скажу! – завопил Иван, предчувствуя новую боль. – Всё расскажу, только не надо топора!
Пахом наблюдал за происходящим, оставаясь в стороне, пытаясь изучить поведение «нового» Лавра и понять, как себя с ним вести. Как вытащить его из этой чёрной дыры, куда братишку засасывает с бешеной скоростью.
Пахом не был паинькой, вовсе нет. На его руках столько крови, что захлебнуться ею можно. Вот только излишнюю жестокость никогда не оправдывал и считал ненужной.
Этого алчного сопляка, программиста-скакуна, можно было просто припугнуть и он бы раскололся, как миленький. Но Лавр выбил ему зубы, сломал пальцы и было видно по взгляду, что это ещё не всё.
После того, как пацан рассказал всё, что знал о заказчике, Макар прострелил ему руки, ноги, и лишь потом прекратил страдания.
– Что? – взвился, уловив недовольный взгляд Геннадия. – Не нравится? А мы могли бы этого избежать, если бы ты не относился так халатно к выбору кадров! А теперь подбросьте его труп тем, кому он служил! Пусть знают, до кого доебались!
В итоге Пахом понял – помешался друг. На подозрении, постоянном ожидании удара в спину. Просто двинулся и теперь остановить или свернуть в другую сторону его, прущего как скоростной поезд, невозможно.
Проснулась от мягкого, влажного тычка в шею и расплылась в счастливой улыбке. Меня с любопытством разглядывал маленький чёрный щенок неизвестной породы, и радостно вилял хвостиком.
– Какой он хорошенький! – схватила малыша и, прижав к себе, зажмурилась от удовольствия, зарывшись пальцами в короткую немного волнистую шерстку.
– Ну-у-у-у, знаешь ли… Если ты вместо меня по утрам будешь тискать собаку, то нам с ним в этом доме станет тесно, – наигранно-угрожающе проворчал Макар и забрав у меня щенка, потрепал его за ухо. – Как назовём зверюгу?
Я задумалась. Не об имени нового члена нашей пока еще маленькой семьи. Задумалась о то, каким разным может быть этот мужчина.
Еще вчера вечером он пришел со сбитыми костяшками рук, в крови и злой до невозможности. А сегодня дарит мне щенка и выбирает ему имя.
– Может Бальтазар? Или Арес? – предложил варианты, достойные самого Лавра.
– А может что-то менее пугающее? – забрала щенка из его рук и прижала к груди. – Малыш, например? Или Макс?
Макар хмыкнул и, присев рядом, сграбастал меня в объятия.
– Ну какой Малыш, Ась? Это бойцовская псина, – усмехнулся, глядя на меня, как на дурочку.
– Бойцовская? Не то, чтобы я была недовольна или еще чего… Но почему именно бойцовская?
Лучше бы не спрашивала и продолжала тешить себя иллюзиями.
– Ну, а что, не дворнягу же дрессировать на охрану. По-моему, отличный выбор, нет?
Нет. Совсем нет. И дело тут вовсе не в собаке и ее породе. Дело в том, что Лавров, как обычно, решил за меня и подсунул щенка, из которого собирается вырастить убийцу. И этот зверь будет жить с нашим ребенком под одной крышей.
– Макар, тебе не кажется это странным? То, что происходит с тобой?
– А что со мной происходит, Ася? – сразу же улыбка испарилась с его лица. – Я делаю для тебя и наших будущих детей то, что считаю нужным.
Вздохнула. Говорить бесполезно. Впрочем, как обычно. Но и продолжаться это не может.
– Для наших детей ты держишь пистолет под подушкой и заводишь собаку, которая нас всех сожрать может?
Нахмурившись, Лавров ничего не ответил, лишь взял щенка и направился к двери.