Плотно поужинав, поговорив, попев и потанцевав, люди постепенно начали расходится по домам и отходить сну. Но долго ещё уже у костра слышалась то неспешная речь, то громкий смех, то мелодии песен, тщательно выводимые под немудрёные аккомпанементы, гуслей и рожков, которые трогали за душу, умелым перебором струн, унося молодых парней в их мечты. Мишка совсем не хотел спать, он сидел у костра до поздней ночи, пока сон не начал одолевать его и лишь только тогда пошёл отдыхать…
Глава V
На следующий день к обеду, как и было договорено заранее, приехал воевода с несколькими ратниками из крепости Белый Камень, стоявшей ближе всех к селению за изготовленным Мишкиным отцом на заказ оружием. Он всегда приезжал по таким делам лично, чтоб проверить всё самому то, что он и заказывал. Славился воевода Белого Камня не только тем что умел грамотно бить ворога как в обороне, так и в походе, но и тем, что всё войско этой крепости было вооружено и одето довольно-таки неплохо по тогдашним меркам. Воевода сам чётко следил, чтоб его войны были полностью экипированы, но и глядел, чтоб снаряжение своё как подобает доброму ратнику они берегли и содержали исправным. И горе было бойцу, если тот попал на глаза начальству в ненадлежащем виде или с оружием хотя бы не точеным или одеждой грязной да не чиненой.
Воевода был крепким мужиком, не высокого роста, мощного телосложения, с широкими плечами и немного кривоватыми ногами. Со спины он казался воином средних лет, не сколько не сутулым, в доброй тяжёлой кольчуге и шлеме, с крепкой палицей на поясе. И только когда взглянешь ему в лицо, то становится ясно, что воин этот хоть и довольно крепок и силён телом, но уже совсем не молод. Из-под островерхого, железного шлема, добротной работы виднелись седые волосы и теперь не было понятно каким именно цветам они были в его молодости, примерно такого же только ещё более серебристого оттенка была и его борода. Лицо воеводы было украшено несколькими глубокими, но уже давно затянувшимися и покрытыми мелкой сеткой морщин, шрамами. Взгляд воеводы казался суровым и цепким. Карие глаза, немного выцветшие как у всех пожилых людей, увенчанные, густыми бровями, придавали лицу суровое выражение.
По состоянию снаряжения воеводы было видно, что несмотря на свой возраст он и сейчас не прочь схватится с врагом лицом к лицу. Потому как палица его была, хоть и не старой, но изрядно побитой, а рукоять из какой-то по-видимому крепкой древесины, была аж белой и блестящей от того, что хозяин часто держит её в руках, а не на поясе. На шлеме воеводы тоже виднелась свежая ещё не затёртая зарубка, очевидно от неприятельского кленка. И на зерцале кольчуги виднелась глубокая царапина, скорей всего от вражьей стрелы. Если б эти повреждения, снаряжение воеводы получило давно или они были редкостью, то он уже давно бы дал задание кузнецу, чтоб тот устранил их. Из того следовало, что воевода бился частенько и довольно серьёзно.
Сопровождающие воеводу четверо воинов приехали верхом на лошадях с длинными копями, с каплевидными щитами с изображением на них символа солнца. На поясах у ратников, по мимо ножей были прилажены, у кого топорики, а у некоторых мечи. Помимо верховых бойцов воеводу сопровождали ещё два война, сидевшие на телеге, в которую было запряжено две лошади. У возницы этой телеги, мужика, что был постарше остальных, на поясе весело два меча, а у парня по моложе, сидящего рядом свесив ноги, из-за спины виделся длинный лук и колчан туго набитый стрелами, а на его поясе в расшитых ножнах кривой хазарский клинок. Кольчуги воинов были гораздо проще, чем у воеводы, у лучника совсем простоя из толстой кожи, но, тем не менее, было видно, что вся защита, включая щиты, была изготовлена со знанием дела и чётко подогнана по каждому ратнику. Так, что сопровождение воеводы смотрелось довольно внушительно.