Саймон с Рэмбо дождались, пока Джулиан уйдет на ужин, и тщательно обыскали его комнату. К своему огромному разочарованию, они не обнаружили украденные трусы, зато нашли двое женских трусиков, пару кружевных чулок и велосипедный насос (что довольно странно, так как у Джулиана нет велосипеда).
22.15. Лежал без сна и тайком наблюдал, как Верн разговаривает с полотенчиком. Должно быть, в один момент полотенчико ответило что-то смешное, потому что Верн разразился безумным смехом. Даже Роджер нашел такое поведение странным и перепрыгнул на мою кровать, пока безумие не прекратилось.
24 мая, среда
23.00. Вдобавок к привычным уже свечам Жиртрест расставил по углам своей каморки четыре зеркала, чтобы создать «особый визуальный эффект». Мы с некоторой опаской приблизились к месту действия, даже Роджер топтался позади, видимо ощутив присутствие потусторонних сил. Жиртрест приказал закрыть двери и окна (к нашему сожалению, так как вонь после его школьного рекорда так и не прошла). В благоговейной тишине мы сгрудились у кровати толстяка. Тот извлек из кармана два блестящих стеклянных шарика и принялся перекатывать их в ладонях. Он низко загудел, как при медитации, и закрыл глаза. Бешеному Псу пришлось зажать рот руками, чтобы не прыснуть, а Гоблин усмехнулся и покачал головой, точно жалея совсем сбрендившего Жиртреста.
Внезапно Роджер запрыгнул на шкафчик; его шерсть встала дыбом, а глаза загорелись, как сияющие кометы. Свирепо вытаращившись на смежную с часовней стену спальни, он протяжно завыл. Верн инстинктивно потянулся к своему питомцу, но Рэмбо остановил его. Послышался треск, и мы аж подскочили — крикетная бита Саймона упала на пол. Затем одна из свечей зашипела и погасла.
Я сжал ноги, чтобы не намочить штаны от страха.
Но все закончилось так же быстро, как началось. Словно по волшебству, странная атмосфера в комнате развеялась, а Роджер начал вылизываться как ни в чем не бывало.
Затем разразился горячий спор между верующими (Жиртрест, Саймон, Геккон и Верн) и скептиками (Гоблин и Рэмбо). Мы с Бешеным Псом сохранили нейтралитет. Верующие считали, что то, что сейчас произошло, является бесспорным доказательством явления призрака Макартура Безумной восьмерке. Скептики были не согласны: по их мнению, крикетная бита, стоявшая у шкафчика, просто упала, свеча потухла сама собой, а Роджер просто нервный, психически неуравновешенный кот. Последние два предположения подтвердились, когда Рэмбо попытался зажечь свечу и не смог, а Роджер в течение десяти минут крутился колесом, пытаясь сожрать собственный хвост.
Как обычно бывает во время наших споров, так толком ничего и не решили. Если бы мне пришлось выбирать, думаю, я бы встал на сторону верующих. По-моему, вероятность того, что все эти три вещи случились одновременно за несколько секунд, просто ничтожна, и скорее всего, это больше чем совпадение. Кроме того, было что-то сверхъестественное в том, как у Роджера шерсть встала дыбом, и в выражении его морды. В любом случае, даже если допустить, что призрака не было, наш интерес к делу Макартура вырос, как никогда. В конце концов мы заключили мир и пошли спать, хотя вряд ли кто-то спал на самом деле.
25 мая, четверг
Во время охоты на куропаток Бешеный Пес нашел дохлую кошку, которую, видимо, прикончили собака или шакал. После самостоятельных занятий он подвесил трупик над кроватью Верна, и мы стали ждать, пока тот вернется из туалета.
К сожалению, шутка сработала совсем не так, как нам хотелось бы. Увидев повешенного кота, Верн вконец обезумел, и с ним случилось нечто вроде эпилептического припадка. Вне всякого сомнения, он подумал, что Роджера убили. Берт ворвался в спальню, схватил Верна и попытался перевернуть его вверх ногами, чтобы тот не проглотил собственный язык, но в результате лишь шмякнул Верна головой об пол. С глухим звуком тот брякнулся о бетонный пол и потерял сознание. Вбежал Джулиан, увидел Верна и кота, завизжал и тоже упал в обморок. Потом прибежал Геккон, бросил один взгляд на раскачивающийся кошачий трупик, сделался бутылочно-зеленым и бросился к окну, но не добежал и сблевал на постель Бешеного Пса. Тот погнался за бедным Гекконом с охотничьим ножом, служившим ему также ножом для разделки мяса. Но на бегу его схватил Укушенный, который чуть не задохнулся от злобы и приговорил Пса к неделе общественных работ. Такие вот дела. Еще один день в жизни Безумной восьмерки.