Тогда же было принято коллективное решение доставить Льва и Раису на юг. Один из гостей работал водителем грузовика, совершавшего регулярные рейсы между Москвой, Самарой и Харьковом. От Харькова до Ростова — около пятисот километров, полдня езды. Хотя все понимали, что ехать прямо в Ростов опасно, поскольку никаких дел у водителя там не было, он подрядился отвезти их в соседний городок Шахты. Такое отклонение от маршрута могло сойти ему с рук, поскольку в Шахтах у него жили родственники, которые, выслушав его рассказ, почти наверняка согласятся помочь Льву и Раисе попасть в Ростов.
Им предстояло провести в тесном и темном ящике почти полтора дня. Водитель перевозил бананы, деликатесные экзотические фрукты для спецторгов — магазинов, предназначенных для высокопоставленных партийных чиновников, в которых некогда покупали продукты и Лев с Раисой. Их ящик стоял у переднего борта грузовика, заставленный другими контейнерами с драгоценными фруктами. Примерно каждые три-четыре часа водитель останавливался, раздвигал ящики и помогал им выбраться наружу, чтобы его живой груз мог размять ноги и облегчиться в придорожных кустиках.
Они лежали в противоположных углах ящика в полной темноте ногами друг к другу, и Раиса спросила:
— Ты доверяешь ему?
— Кому?
— Нашему водителю.
— А ты?
— Не знаю.
— Почему ты спрашиваешь?
— Из всех людей, слушавших твою историю, он единственный не стал спрашивать тебя ни о чем. Похоже, она его не увлекла. Или он в нее не поверил. Она не произвела на него такого впечатления, как на остальных. Он кажется мне равнодушным и бесчувственным человеком.
— Он не обязан помогать нам. И он не сможет сдать нас властям, а потом спокойно вернуться к своей семье и друзьям.
— Он может что-нибудь придумать. Что на шоссе была проверка. Что нас поймали. Что он пытался помочь нам, но не смог ничего сделать.
— И что ты предлагаешь?
— Во время следующей остановки ты повалишь его на землю, свяжешь и сам сядешь за руль.
— Ты серьезно?
— Чтобы чувствовать себя совершенно спокойно и уверенно, у нас есть один-единственный выход — забрать у него грузовик. Мы возьмем себе его документы. И тогда наши жизни вновь окажутся в наших руках, мы вернем себе контроль над ними. А сейчас мы с тобой совершенно беспомощны. Мы даже не знаем, куда он нас везет.
— Это ведь ты учила меня верить в доброту и великодушие незнакомых людей.
— А этот человек не похож на остальных. Кажется, он весьма амбициозен. Он целыми днями возит деликатесы. Он должен думать: я хочу то, я хочу это, мне нужны дорогие тонкие ткани и редкие фрукты. Он понимает, что мы дали ему возможность осуществить свои мечты. Он знает, за сколько может нас продать. И еще он знает, чем заплатит, если его поймают вместе с нами.
— Не мне упрекать тебя, Раиса, но ты говоришь о невинном человеке, который рискует своей жизнью, чтобы помочь нам.
— Я имею в виду, что нам с тобой нужны гарантии того, что мы действительно попадем в Ростов.
— А разве не с этого все начинается? У тебя есть дело, в которое ты веришь и ради которого стоит умереть. Вскоре оно становится делом, ради которого можно убивать. А потом — и делом, ради которого можно пожертвовать невинными людьми.
— Нам необязательно убивать его.
— Нет, обязательно, потому что мы не можем оставить его связанным на обочине. Это будет намного рискованнее. Нам придется или убить его, или довериться ему. Раиса, это — первый шаг, после которого все идет прахом. Эти люди приютили нас, накормили, а теперь еще и везут туда, куда нам нужно. И если мы нападем на них, убьем одного из их друзей только из предосторожности, я опять стану тем же самым человеком, которого ты презирала и ненавидела в Москве.
Хотя он не мог видеть лица жены в темноте, Лев понял, что она улыбается.
— Ты проверяла меня?!
— Всего лишь поддерживала разговор.