Такой ответ заставил меня замолчать. И так, чтоб вообще на эту тему. Потому что он прав – к чему сложности? Мне осталось два-три месяца до родов. А потом – в моей жизни уже не будет ни Аллы, ни самого Сафронова… никого из них.
А между тем, третий триместр давался мне нелегко. И каждый день я приближалась ко дню «икс». В этот период мои гормоны немного успокоились, и я перестала сходить с ума. Только почему-то не перестала ждать Сафронова. Правда приходил ко мне он все реже и реже. А в последний месяц и вовсе практически пропал. Но я не сильно расстраивалась. Мне было не до него. Все время хотелось спать. Тем более и передвигаться становилось все сложнее. Постоянная изжога. Малыш уже не просто шевелился, порой он так активно пинался, что было очень некомфортно. В такие моменты я гладила свой живот и пыталась успокоить непоседу. И все это время старалась не думать о нем, как о своем. Это не мой ребенок. У него есть вполне конкретные родители, которые уже и имя ему придумали. Матвей… не то, чтобы мне сильно нравилось, но мое мнение здесь и не спрашивали.
– Да, что-то не торопится наш малыш появляться на свет, – прокомментировала доктор на очередном осмотре. – Видимо, ему и у мамы внутри очень хорошо…
– Я не его мама, – поправила я доктора.
А она посмотрела на меня так, будто я сказала какую-то ерунду. Но при этом тактично промолчала. И правильно. Ее сюда вызвали не задавать вопросы, а делать свое дело.
– В любом случае через неделю нужно уже ехать в больницу.
– Зачем? – сначала не поняла я.
– Как зачем? Рожать.
Ах, да. Иногда забываю, что это неизбежно. Даже страшно немного. Одно радовало – это все закончится уже через неделю, в любом случае.
– Для ускорения процесса иногда помогает секс, – зачем-то посоветовала она. – Но только очень аккуратно.
– Хорошо, спасибо, буду знать.
Странно ли, но этим же вечером ко мне приехал Сафронов. Немного уставший и как всегда молчаливый. И первым делом он попросил кофе, поэтому мы сразу отправились на кухню.
– Доктор сказала, что через неделю мне нужно будет ехать в больницу.
– Да, я знаю. Там уже все подготовлено.
– Это далеко отсюда?
– Нет, пятнадцать минут езды.
– Хорошо, – сказала я и присела за стол как раз напротив него.
Было немного грустно. Ведь я прекрасно понимала, что совсем скоро мне придется прощаться с этим человеком. А я… как-то привыкла, что ли. К его присутствию в своей жизни, в своей постели… внутри меня. Пусть даже наше прощанье было определено изначально, я даже мечтала об этом, но сейчас слишком остро ощущала, как буду скучать.
– Тебя что-то беспокоит? – поинтересовался он, поднося ко рту чашку с кофе.
– Нет, – соврала я. – Если только немного нервничаю. Все-таки роды – это у меня впервые.
– Все будет хорошо, – попытался он подбодрить. – Я буду рядом.
– Как рядом? – не поняла я. – Прямо вместе со мной?
– Может не постоянно. И возможно не сразу смогу приехать. По ситуации. Но одна ты точно там не останешься.
– Спасибо, – в итоге просто поблагодарила я. – Еще доктор сказала… что секс ускоряет процесс.
Подняв на меня глаза, Сафронов даже немного улыбнулся.
– Это я тоже слышал. Как раз собираюсь в ванную.
А я будто бы намекнула. Или даже прямо сказала, чего хочу. Только сегодня не по зову своих гормонов, а скорее от понимания, что эта ночь для нас может быть последней. И пусть мне было не так уж и легко этим заниматься, я не могла упустить такую возможность.
Поэтому, уже через полчаса мы снова оказались в постели. И здесь снова все для моего удобства и удовольствия. Самые нежные ласки и поцелуи. Самые аккуратные толчки плотью в мое лоно. Если где-то мужчина и был груб, то совсем чуть-чуть, и только в конце. А потом мы еще долго лежали в кровати. И основной объект внимания – мой огромный живот. А точнее малыш, который там кувыркался. Сафронов так мило радовался, когда он пинался в его ладонь. Он даже прислонялся ухом к моему животу, чтобы услышать сердцебиение своего сына. Он ждал его так, как порой не ждут некоторые отцы. И именно в эту ночь мне выпала возможность услышать маленькое откровение от самого Сафронова.