— Держись крепче.
С визгом шин и градом гравия мы выскочили на главную дорогу: ворота уже были открыты, и мы пронеслись сквозь них на скорости восемьдесят миль в час, продолжая набирать скорость, погружаясь в ночь.
Тридцать восемь
КУИНН
Мы ехали на север несколько часов; фары пикапа пронзали середину летнего тумана, пока машина пожирала дорогу. Я понятия не имела, куда мы направляемся, да меня это и не особо волновало: единственным, что имело значение, был телефонный звонок, который в конце концов раздался — он подтвердил, что остальные в безопасности и скоро к нам присоединятся.
До этого момента я была просто комком нервов.
— Я понимаю, что все это навалилось разом, — повторил Эван. — И я знаю, что это отстой — быть вынужденной уехать…
— Я все понимаю, — снова ответила я ему. — Это единственный выход.
Я повернула голову и оцепенело смотрела в окно, наблюдая, как мимо проносятся высокие сосны штата Мэн, которые по обе стороны дороги казались похожими на небоскребы. Мы пересекли границу Нью-Гэмпшира еще двести миль назад, и мы все еще ехали — куда-то, куда угодно.
Куда угодно, только не домой.
— Коул все объяснит, когда доберется сюда, — сказал Эван. — Но мы не могли оставаться там: стало слишком жарко, и появилось слишком много… переменных.
Я не была в восторге от необходимости бежать, и еще меньше меня радовала перспектива закрыть фудтрак — я сделала этот звонок несколько часов назад, и к этому моменту я была уверена, что Сара уже надежно все заперла. Я могла бы попросить ее управлять им, пока нас не будет, и она бы отлично справилась, но если был хоть малейший риск, что кто-то придет искать меня туда, я не могла пойти на это. Поэтому я этого не сделала.
К тому же парни никогда не бежали — во всяком случае, до сих пор. Поэтому, если они отступали — пусть даже временно, — я знала, что на то должны быть очень веские причины.
— Хочешь сказать мне, куда мы едем? — снова спросила я.
— В хижину.
— Ты уже это говорил. Что за хиж…
Татуированная рука Эвана небрежно лежала на руле, когда он подарил мне свою лучшую, срывающую трусики ухмылку: в его улыбке не было ни капли усталости, и он выглядел свежим, как огурчик.
— Сама увидишь, — подмигнул он.
Я вздохнула, смирившись с тем, что мне остается делать только одно: отдыхать. У меня и так был долгий, тяжелый рабочий день: я сидела на кровати, давая отдых уставшим ногам, слушала музыку и занималась бухгалтерией, когда в дверь ворвались Джошуа и Коул.
Должно быть, я задремала, потому что, когда я снова подняла глаза, мы уже свернули с шоссе: мы ехали по узкой грунтовой дороге, сворачивая на еще более узкую грунтовую дорогу, а еще через минуту или две мы остановились.
— Ну вот, — заявил Эван, заглушив двигатель. — Дом, милый дом.
Я сонно огляделась и в конце концов проследила за его указующим пальцем: справа, почти скрытый деревьями на вершине холма, я увидела силуэт бревенчатой хижины.
— Дай угадаю… вы трое сами ее построили.
Эван рассмеялся и выпрыгнул из машины. — Мы хороши, детка, но не настолько.
Мы поднялись по крутой, узкой тропинке, из-за которой добраться до места было той еще занозой в заднице: я пробыла с парнями достаточно долго, чтобы понять — это, вероятно, было сделано намеренно; вершина холма обеспечивала хижине полный, трехсотшестидесятиградусный обзор, к тому же это была возвышенность. Не говоря уже о том, что в случае чего тропинка становилась естественным узким местом для обороны.
Внутри было просторно, но уютно; противоположную стену занимала большая дровяная печь, идеальная для суровых зим штата Мэн; вдоль стен стояли четыре койки, а дверь в задней части вела в ванную комнату — ну, или, по крайней мере, я надеялась, что это ванная.
— Мы используем это место, когда хотим сбежать от всего, — сказал Эван.
— Знаешь, вы вообще-то живете в закрытом особняке на берегу океана, — заметила я. — Это довольно изолированно.
— Да, но все же в шаговой доступности от города, — он бросил две спортивные сумки, которые нес, и сделал широкий жест рукой. — А вот это… это природа: мы ходим на охоту, на рыбалку — это место находится в самой настоящей глуши.
Я прошлась большим кругом, заглядывая в окна; боковая терраса огибала заднюю часть хижины, откуда открывался вид на нижний холм, поросший высоченными соснами. Мои глаза загорелись.
— Там же есть джакузи!
— Именно так, — подтвердил Эван. — Мы позвонили заранее и попросили его включить; холодильник полон, есть свежая вода…