Каждый шаг приближал нас к неизбежному.
Сейчас.
Сигнал Рипли был быстрым и четким — короткий кивок головы в сторону врагов. Мы шагнули из-за камня одновременно с двух сторон, подняв оружие: его винтовка, мой пистолет. Оба ствола были наведены на разные цели, и мы одновременно нажали на спусковые крючки.
И тогда весь мир взорвался шумом и огнем.
Какофония из пяти разных стволов разорвала тишину пустыни; они стреляли вразнобой. Рипли скосил ближайшего нападавшего, который беспомощно выстрелил в воздух, падая на землю. Рипли уже переводил ствол на следующего, когда выстрелило мое оружие: мой палец нажимал на спусковой крючок снова и снова, стреляя в человека, который был уже почти рядом со мной.
Я уже стреляла из пистолета раньше, но ничего подобного не испытывала. Не так, когда кровь стучит в висках, сердце колотится как сумасшедшее, а на чаше весов — граница между жизнью и смертью. Сначала это было ошеломляюще. Потом принесло странное очищение. Я стреляла, смеялась и плакала — весь спектр эмоций проносился сквозь меня — пока не всадила почти весь магазин в центр груди темного незнакомца, решившего меня убить.
Он содрогнулся и осел, оставив меня стоять над ним в полном недоумении. Запах пороха удушал. Мой палец все еще бешено дергался. И тут я увидела четвертого парня и поняла, что смотрю прямо в серебристо-черное дуло его поднятого оружия.
— ЭЙ!
Мужчина наполовину обернулся, наполовину отшатнулся назад, когда полдюжины пуль разорвали его грудь и горло. Это была не просто кровь; это было и кое-что еще. То, что невозможно по-настоящему понять, пока не увидишь своими глазами: то, что боевое оружие делает с человеческим телом на таком близком расстоянии.
Рипли схватил меня за запястье и потащил за собой, прорываясь сквозь пороховой дым в случайном, как мне казалось, направлении. Я слышала новые крики, новые выстрелы, и вдруг поняла, что падаю, перелетая через себя. Мои ноги отчаянно пытались угнаться за центром тяжести, который сместился немыслимо далеко вперед. В итоге они проиграли битву. Пистолет вылетел у меня из рук, и я проехалась лицом по твердой пустынной земле.
— УНННФФФ!
Колени взорвались болью, затем ладони, локти и, наконец, подбородок. Ожоги от слишком быстрого падения, казалось, горели везде одновременно. Но онемение пришло быстро, забрав большую часть боли.
— Лежи.
В какой-то момент хаоса Рипли отпустил меня. Но голос принадлежал не ему. Он звучал с акцентом, был злее и гораздо более зловещим. К тому же Рипли лежал рядом со мной — теперь, когда пыль рассеялась, я это видела. Его глаза были закрыты, и он казался абсолютно неподвижным, без сознания. Или того хуже.
— Где остальные?
Несколько пар ботинок появились в моем поле зрения, и я вздрогнула, когда кто-то замахнулся, чтобы ударить меня. Инстинктивно я свернулась в позу эмбриона за секунду до того, как ботинок скользнул по моему плечу. Когда я не закричала, каблук ввинтился мне в поясницу.
— Я сказал…
— Пристрели этого! — рявкнул один из них. — Потом спроси ее снова.
Второй голос был еще громче и сочился презрением. За ним последовал звук нескольких одновременно взведенных курков.
НЕТ!
Я вырвалась и резко села, не осознавая, насколько сильно у меня кружится голова. И как раз вовремя, чтобы увидеть три пистолета, нацеленных в голову Рипли.
— Нет, нет, нет! Подождите!
Еще двое перевели винтовки на меня. Я вскочила на ноги, вытянув руки с растопыренными пальцами. Из разбитых ладоней текла кровь. На меня смотрели как минимум шесть или восемь человек, все вооруженные до зубов. Подбежали еще двое, дополняя их группу.
— ФЕРРЕРА! — выпалила я.
Мой взгляд бешено метался от одного врага к другому. Все они замерли после моей выходки, повернув головы к одному-единственному человеку.
Полевой командир был заметно ниже остальных, коренастый и плотно сбитый. Растительность на его лице была такой густой, что срасталась у основания лба, образуя идеальную монобровь над темными, бездушными глазами.
— Он вам не нужен, — быстро сказала я, пока его люди не успели выполнить приказ. Моя рука уже была в кармане. Я вытаскивала ее медленно, на случай, если у кого-то из них дрогнет палец.
— Вам нужно вот это.
Я подняла изумруд высоко вверх, зажав его между большим и указательным пальцами. Пустынное солнце немедленно поймало его, осыпав мое предплечье мерцающим, переливающимся занавесом блестящего зеленого света.
Коллективный вздох пронесся среди людей Ферреры.