Я была рада, что он это понимает, потому что я уже ничего не видела. Мои глаза наполнились слезами.
— И мы уверены, что во всей Вселенной нет матери лучше тебя.
С двух сторон меня обхватили руки. Я рыдала. Всхлипывала. Смеялась и плакала, пока мое сердце неслось сквозь миллион различных эмоций.
И впервые все они были хорошими.
— Мы посвящали себя миссиям, стране, друг другу, — продолжил Коул. — А теперь мы посвящаем себя тебе. Это было неожиданно. Мы точно этого не планировали. Но ты самая невероятная женщина, о которой любой из нас мог только мечтать. Тот факт, что мы делим тебя, до сих пор взрывает нам мозг, но мы знаем одну вещь без тени сомнений…
Нежные пальцы приподняли мое лицо туда, где горел внутренний огонь его ледяных синих глаз.
— Мы трое всегда будем счастливы, если сможем быть с тобой вечно.
Я просто растекалась. У меня кружилась голова. Я была абсолютно поражена. И все же мой мозг кричал, требуя рационально осмыслить происходящее. Я должна была убедиться, что все это реально.
— Вы уверены? — наконец всхлипнула я, проклиная себя даже за то, что задаю этот вопрос. — Я-я имею в виду, вам нужна только я? Потому что…
— Да, — подтвердил Эван.
— Чертовски уверены, — вмешался Джошуа. — А что?
— Потому что вас трое, — пояснила я. — У вас три набора потребностей, три набора желаний. Три набора мечтаний, и…
— И?
Я моргнула. — Так вот, если мы сделаем это, я буду у вас всего одна.
— Одна, да? — Джошуа ухмыльнулся и толкнул меня плечом. — Пока что ты отлично справлялась.
Я откинулась на спинку дивана, и они откинулись вместе со мной. Я чувствовала себя любимой, желанной, почитаемой. Безумно счастливой от того, что то, что мы построили так безумно и бессистемно, действительно может продолжаться.
И больше всего я испытала облегчение от того, что, когда я рожу их ребенка, всё не должно будет закончиться.
Их ребенок.
Это были всего два слова. Два коротких слова, которые обрушились на меня, как тонна кирпичей.
Их… и твой тоже.
Казалось невозможным отдавать себя сразу трем мужчинам. И еще более невозможным — просить их связать свою жизнь со мной.
Но именно этого я хотела, и именно это они и сделали.
— Послушай, мы понимаем, что это нестандартная ситуация, — мягко сказал Эван. — Но мы нестандартные мужчины. И у нас нестандартная жизнь.
— А я никогда и не хотел обычной жизни, — ухмыльнулся Джошуа.
— И ты необычная женщина, — продолжил Эван. — Куинн, ты выдающаяся. Мы видели это с самого начала. Ты как мы. Ты и есть мы.
Эван и Джошуа сидели по обе стороны от меня. Коул опустился передо мной на колени и взял меня за руку.
— Мы просим тебя быть с нами, — сказал он. — Навсегда, если ты этого хочешь. Но только если…
Я встала, слезы текли по моему лицу, и прижала его к своему беременному животу. Затем я наклонилась, взяла папку и приняла самое важное — но в то же время самое легкое — решение в своей жизни.
Я порвала их.
Эпилог
КУИНН
— Ты почти готова?
Джошуа подошел сзади. Его сильные руки разминали мои плечи, втирая в кожу еще больше масла.
— Вопрос в том, готовы ли вы, — усмехнулась я. — В конце концов, это вы все здесь устраивали.
Мои глаза были закрыты, и я наслаждалась сладким запахом океана не меньше, чем хрипотцой его голоса, шепчущего мне на ухо. Я растянулась на шезлонге у края нашего панорамного бассейна. Парни подготавливали нашу частную виллу, пока я расслаблялась и ждала. Или, по крайней мере, подготавливали спальню.
— Я должен завязать тебе глаза, — прошептал Джошуа. — Это часть сюрприза.
Я вздохнула, когда его руки скользнули вниз по моей груди, даря тепло и возбуждение. Некоторое время он обхватывал и разминал ее, прежде чем скользнуть еще ниже, вдоль моих бедер.
— Боже, какие они большие.
— Это все беременность, — хихикнула я.
— А когда родится ребенок… они исчезнут?
Я рассмеялась от искренности и невинности этого вопроса. — У некоторых женщин — да. У других? — я пожала плечами. — Кто знает? Но они еще какое-то время будут большими. По крайней мере, чтобы кормить малыша.
Меньше двенадцати недель. Это всё, что у нас оставалось! После этого каждое наше решение будет связано с ребенком.
И я, как и парни, не могла дождаться этого момента.
— Что ж, давай пользоваться ими, пока можем, — выдохнул Джошуа. Его руки снова оказались на моей груди, ладони описывали нежные круги по ареолам. Я выгнула спину от возбуждения, когда он начал втирать еще больше масла в мою кожу, не забыв и про округлый беременный живот.