Брови Джошуа поползли вверх. — О.
— И ответ — и да, и нет, — плавно добавил Эван. — Да, мы живем вместе. Всегда жили и всегда будем, — он опрокинул свою кружку, допив пиво до самой пены, и со стуком опустил массивный бокал обратно на стол. — Но, отвечая на твой второй вопрос: нет. Боюсь, что мы все стопроцентные натуралы.
Двое мужчин, сидевших ближе ко мне, заерзали, но огромный здоровяк напротив остался сидеть неподвижно. Теперь, когда я знала, кто он такой, он пугал меня чуть меньше, и я смогла разглядеть, что под всей этой бородой он был сурово-привлекательным. Но в нем крылось и кое-что еще — какая-то почти первобытная аура, словно он был частью дикой природы и в его жилах текла волчья кровь.
— Но разве ребенок не будет похож на кого-то из вас? — спросила я, указав на молчаливого гиганта. — Эти синие глаза ни с чем не спутаешь, — затем я кивнула на Джошуа и Эвана. — Или эти светлые волосы, или этот выдающийся римский профиль.
Эван пожал плечами. — Со временем, возможно. Но сейчас все на равных: есть вероятность, что биологически это может быть ребенок любого из нас, но он всегда будет нашим сыном или нашей дочерью, — его взгляд оторвался от моего лица и на мгновение опустился к моему животу. — Ребенок с тремя отцами, тремя защитниками, тремя...
— И без матери, — брякнула я не подумав.
Все трое переглянулись; за какую бы ниточку я сейчас ни дернула, было очевидно, что они уже обсуждали это раньше.
— Извините, — пошла я на попятную. — Я не это имела в виду, я просто...
— Нет, не извиняйся, — наконец произнес Эван. — Возможно, когда-нибудь мать появится. Если мы когда-нибудь найдем ту самую женщину.
Женщину...
Это слово застряло у меня в голове: казалось, он намеренно употребил единственное число.
Женщину, а не женщин. Так он сказал.
Мой желудок ухнул вниз, как на американских горках.
— Послушай, мы делаем это по весьма специфическим причинам, — вмешался Джошуа. — Наша нынешняя работа... — его голос затих под резкими взглядами обоих друзей. — Ну, скажем так, она мешает нам заводить традиционные отношения.
Я усмехнулась и наконец-то взяла в руки стакан с водой. — Я убедилась в этом на собственном опыте, когда вы двое засунули меня во френдзону.
Парни по обе стороны от меня наконец-то смутились; я явно двигалась в правильном направлении.
— Послушай, Куинн, мы не хотели...
— Идти со мной на свидание? — перебила я его. — Вытаскивать меня куда-то несколько раз с абсолютно нулевым намерением довести дело до конца?
Они яростно замотали головами; оба открыли рты, чтобы возразить, но я оказалась быстрее.
— В таком случае, возможно, тебе не стоило так горячо целовать меня на прощание.
Я склонила голову в сторону Эвана, который внезапно стал белым как мел, а остальные метнули в него сердитые взгляды.
Интересно, подумала я про себя.
— Куинн, я никогда...
— Кстати, к чему вообще весь этот цирк? — потребовала я ответа. — Я имею в виду, я ведь уже вынашиваю вашего ребенка, я подписала все бумаги и делаю все, о чем вы просили в своих письмах.
С этими словами я достала все еще нераспечатанный конверт, который только что получила от узистки, шлепнула его на стол и оттолкнула от себя.
— Кстати, больше мне такие не нужны, — заявила я. — Точно так же, как не нужны очередные «свидания». И раз уж мы проясняем ситуацию, мне в особенности не нужно, чтобы за мной следили.
Мои последние слова сопровождались ледяным, пронизывающим взглядом через весь стол; бородатый гигант стойко выдерживал его секунду или две, прежде чем, наконец, хмыкнуть.
— Я за тобой не следил.
— О, — сардонически рассмеялась я. — Он разговаривает! Отлично. Мне не терпится услышать, каким будет твое оправдание того...
— Я следил за человеком, который следил за тобой.
Семь
КУИНН
Я вперилась взглядом в это жесткое бородатое лицо, недоверчиво прищурившись: мне хотелось злиться, хотелось обвинить его в пиздеже! Но что-то внутри подсказывало мне, что это не ложь, и интуиция твердила, что он говорит правду.
— Я не видела, чтобы за мной следил кто-то еще.
— Именно, — прогудел здоровяк, а выражение его лица осталось совершенно неизменным. — Но я видел.
Ледяная дрожь дюйм за дюймом поползла вверх по моему позвоночнику, прогоняя прочь все оставшиеся сомнения.
— И зачем кому-то за мной следить?
Парни снова переглянулись, и на этот раз они выглядели еще более напряженными, чем раньше.
— Отвечайте! — потребовала я. — Я в опасности? Я что-то сделала? Кому-то перешла дорогу, или...