— Нет! — спохватилась Нэнси. — Подождем. Утро вечера мудренее.
— Глупая фраза, — бросил демон, — все отличные дела стряпают по ночам. Я прав, Джек?
Я впервые согласился с демоном и рассматривал план вылазки из дома. Запах Кристиана я запомнил, отыскать не составит труда. Надо наказать наглеца и выяснить, кто наводчик на дом и сокровища ведьмы.
— Нет, никто ничего не предпринимает, пожалуйста! И больше, Мартин, никаких монстров! А ты, Джек, стань невидимкой. А ты…
— … буду делать то, что посчитаю нужным, — грубо перебил девчонку Окто, — я тебе не подчиняюсь.
— Вообще-то, я тебя вызвала!
— Ой! Напугала, — скорчил гримасу демон. — Между прочим, сам мальчишка сможет разрулить ситуацию.
— Как это? Он еще ребенок! — не поняла Нэнси.
— Одаренный ребенок, не забывай, — поправил Окто. — Ты думаешь, монстры просто так появились в подвале? Их притянула сила пацана. В его возможностях призвать армию бесов и управлять ею.
— И как нам это поможет против попечительского совета? Мы их скормим монстрам?
— Слушай, Нэнси, отличная идея! — демон захлопал в ладоши.
Девчонка всплеснула руками, но острить в ответ желания не возникло.
— А ты подумай. Поразмысли, — предложил демон, — если Мартин обладает способностью управлять низшими существами, выходцами из ада, то и на людей имеет влияние. Несмотря на его демоническое начало, в пацане нет злости и жестокости. Он несет свет и добро. Утром малыш отлично продемонстрировал момент силы. Мартин видит будущее, как мы уже заметили. Это позволит ему противостоять любым препятствиям, а заодно примирять противников.
— Как у похотливого Асмодея родился сын, абсолютно на него не похожий? — задумчиво произнесла Нэнси.
— В противовес, — ответил Окто, — тот разрушает, этот восстанавливает. Но, Асмодей — великий демон! Да, он любит похоть, азартные игры, но Асмодей — покровитель воинов и всячески им помогает, при этом чертовски умен и начитан. А какой он галантный кавалер!
— Слушай! — глаза Нэнси загадочно заблестели, и я навострил уши. — Джек сказал, что ты принимаешь образы разных демонов, чтобы выполнить задуманное. Кто знает, не ты ли являлся моей матери в облике Асмодея?
Я хмыкнул. Признаться, эта мысль не приходила в голову. Я, не отрываясь смотрел на демона и ждал ответ. Мартин сидел на полу, прислонившись ко мне, и дремал.
— Нет, девочка! Я понимаю, тебе стало бы легче свалить беды на меня. Однако я только утром познакомился с вашим семейством и не жалею об этом. Я получил персональное задание и выполню его.
— Оберегать Мартина? Но не меня?
— Ты в силах позаботиться о себе. Твоя бабка — сильная ведьма. Она передала тебе свой дар, ведь так?
Нэнси задержала дыхание и прикусила губу. Я вспомнил вскользь брошенные девчонкой слова о видении.
«Надо бы расспросить подробнее».
— Ох, Мартин, ты утомился! — Нэнси склонилась, подняла малыша на руки и направилась в детскую. На ходу обернулась и бросила через плечо, — я займу комнату рядом с детской, а ты, Окто, выбирай любую. Увидимся утром!
— Девчонка не промах! Быстро смекнула, с кем лучше связи наладить, — заметил демон и спустился по лестнице в подвал. — Посмотрим, что бабка оставила в наследство.
Я скользнул следом и осмотрелся. Подвал оказался добротным, ведьма проводила в помещении достаточно времени и обустроила его с комфортом. Вдоль стены стояла кушетка и старинный буфет, за стеклами которого угадывались многочисленные пузырьки и баночки со снадобьями. По другую сторону приютился комод и небольшой колченогий стол, одну ножку которого подпирала стопка из трех книг.
По левую сторону подвал оставался свободным от мебели, однако половину каменного пола украшала пентаграмма и свечи. Демон присвистнул, обошел небольшое помещение и прилег на кушетку.
— Обоснуюсь я здесь. Мне нравится. А ты, Джек, пошел вон! Займись прямыми обязанностями.
Я фыркнул в ответ, но спорить не стал. Демон на задании, я — нет. Волен действовать по собственному усмотрению, и желание присутствовало только одно — выйти на охоту. Я снова стал невидимый для окружающих, слился с ночным городом, затерялся во мраке.
***
Покинув дом, я припал к земле и отделил от всех запахов тот, что принадлежал моей жертве. Я запомнил его, отложил в памяти, понимая, что найду наглеца. Нэнси отпустила парня, я — нет. Позволил уйти, но мысленно обещал поймать след и разобраться. Он из той породы людей, которые ставят цель и добиваются ее любыми путями, идут по головам ради тщеславия и наживы.