— Я не думаю, а знаю! — вопил парень. — Он лежит на мне! Я задыхаюсь!
— Никого нет, вам показалось. Вы в шоковом состоянии, — молодой фельдшер набирал в шприц прозрачную жидкость, одной рукой зажал ноги Криса, здоровую руку удерживал я.
Медработник всадил шприц с успокоительным в Криса и тот затих. Однако я не оставил парня в покое, я продолжал гнуть запланированную линию: убедить врачей в том, что Кристиан подвержен галлюцинациям. Когда служба опеки и полиция поймут, что Кристиан замешан в ложном доносе, я оставлю его. Галлюцинации пропадут и парня выпустят. Останется один вопрос: хватит ли ума у Кристиана забыть про семью Нэнси и больше никогда не приближаться к их дому?
Неотложка въехала на территорию больницы. После укола парень поник и впал в заторможенное состояние. Я отошел в сторону. Дал Кристиану время остыть: у психов же бывают моменты просветления. Вокруг него суетились медики, брали кровь на анализ. Подъехала полицейская машина. Коп переговорил с врачом. Кристиану сделали снимок, наложили гипс и упаковали в палату до последующего осмотра специалистов. Я нервничал и поглядывал за окно на зарождающийся рассвет:
«Долго возитесь с ним! Много чести!»
— Отдыхайте, — проворковала молоденькая медсестра и поправила подушку в изголовье кровати, — утром вас осмотрит доктор Штефан.
«Зачем ждать до утра? Как говорит Окто, лучшие дела стряпают ночью».
Я встал в углу палаты, поднялся во весь рост и проявился на миг. Кристиан из-за плеча девушки воззрился на меня и переменился в лице. Не испуг отразился в глазах парня, а обреченность. Он всхлипнул.
— Вам плохо?
— Нет. Просто вы не поверите, сочтете меня сумасшедшим. Он этого и добивается.
— Кто?
— Монстр!
— Вы сказали, монстр? Он сейчас здесь? — спросила медсестра.
— Да, в углу комнаты.
Девушка обернулась, поджала губы, вновь повернулась к Кристиану:
— Послушайте, вы попали в аварию…
— Да, знаю я, что вы хотите мне сказать! — крикнул парень. — Что я в состоянии аффекта, мне мерещится, но нет! Он здесь! Монстр исчезает, как только на него смотрит кто-то другой.
— Он вам угрожает? — спокойно спросила девушка.
— Да, он обещал меня убить.
— Монстр так и сказал? — переспросила медсестра, с трудом скрывая улыбку.
— Я же сказал, вы не поверите, — с унынием в голосе произнес Кристиан.
— Утром вас осмотрит доктор Штефан. Он и не с такими случаями сталкивался, доктор поможет вам, — заверила парня девушка и вышла из палаты.
Я прислонился к стене и посмотрел на него без сожаления о содеянном. Кристиан не сводил с меня взгляд, а челюсть мелко подрагивала.
— Ты можешь облегчить душу откровенным признанием, — произнес я тихим ледяным голосом, — кто нанял тебя?
— Облегчить душу перед чем?
— Перед смертью, разумеется. Я жду!
— Нет! Ты не убьешь меня! — крикнул Кристиан, а я краем глаза увидел через окошко в двери, как оглянулись медработники.
«Замечательно! Больше свидетелей нам не помешает!»
— Ты прав, я не убью тебя сегодня! Месть — блюдо, которое подают холодным. Я растяну удовольствие и убью тебя медленно, каждый день выпивая по глотку твою никчемную жизнь.
С каждым словом я склонялся ниже и ниже, пока не встал на четыре конечности. Обогнул кровать Криса и бросился на него, растворившись в воздухе. Но парень этого не заметил: он заслонился здоровой рукой и заверещал.
***
Улепетывая из больницы, я слышал суматоху в коридоре, понял, что достиг предела и, довольный удачной проделкой, направился к дому Нэнси и Мартина. Я летел напрямик, укорачивая путь, и издали увидел погруженный в темноту второй этаж: Нэнси и Мартин спали. Окно кухни ярко светилось.
«Окто снова пьет чай?»
Я влетел в дом и отдышался. Прислушался. Тишину нарушало спокойное дыхание спящих людей. Я украдкой пробрался на кухню.
— Слышу тебя… Джек! Можешь не подкрадываться, — отозвался демон.
Я проявился, осмотрелся и не узнал кухню:
— Ущипните меня кто-нибудь! Ты сам это сотворил?
На кухне царил идеальный порядок, словно поутру не прогремел взрыв, раскидав утварь по углам.
— За кого ты меня принимаешь? — усмехнулся демон. — Меня бесы засмеют! Вызвал подмогу, они и шуршали здесь то время, что ты отсутствовал. Однако кое-что я исправил сам!
Красноречивым жестом демон указал на холодильник. Оставленная им утром вмятина исчезла.
— Респект! — кивнул я.