– Я поняла вас, Александр Сергеевич.
— Свободы, – так же строго произнес, – и да, Виктория Константиновна, я люблю двойной эспрессо из робусты без сахара. Если кофе мне не понравиться – выговор.
У нее чуть дым из ушей не повалил, но она сдержано кивнула, развернулась и ушла. Правильно, малышка. Мне перечить нельзя.
Глава 4
Виктория
Индюк напыщенный! Придурок!
Да как он смеет?! На колени?! Меня?!
Уууууу. Так и хочеться стереть эту ухмылку. Проехаться бы ногтями по его смазливому личику. Как же он меня бееесит!!!
Но с другой стороны. Меня приняли, наконец-то у меня есть работа. Юхуу. Теперь можно вздохнуть спокойно. Я не дам этому уроду возможности сделать мне хотя бы один выговор, не дождеться.
Татьяна Николаевна оказалась действительно очень милой женщиной. Рассказала мне все, разложила по полочкам. Информации много, но я обязана справиться. Чтобы этого козла коробило от злости, что я идеальна в работе.
Рабочий день начинался в 8:00 и заканчивался 18:00. График приемлемый и зарплата для меня отличная. Таким образом, к концу этого года я смогу оплатить половину кредита на машину.
Мне оставался еще час, когда из своего кабинета вышел мой недобосс. Швырнул на стол огромную папку с документами.
— Сегодня же они должны быть разобраны и переведены в электронный вид.
— Но остался всего час до конца рабочего дня, я не успею все это сделать.
— Не правильно мыслите, Виктория Константиновна, – он взглянул на свои часы, которые мне за полугодовую зарплату вряд ли купить, у вас есть еще целых 15 часов. Я думаю этого времени вполне достаточно. Завтра ровно в 8:05 в расфасованном по папкам виде они должны лежать у меня на столе. А эллектронный вариант сбросите на почту.
И с довольным видом потопал к лифту. Решил испытать меня на прочность? Не получиться, дорогой.
Я еще раз мученическим видом посмотрела на эти документы и принялась разбирать.
Сначала расфасовала каждый лист по отдельным стопкам в связи с предназначением самого документа. Так, теперь нужно по отдельным папкам. Я встала и подошла к стелажу, где лежал запас канцелярии. Но нужные папки найти мне не удалось. Ну просто полный джинглбелз.
Сейчас прийдеться тратить время на поход в канцелярию. Класс. Взяла телефон со стола и пошла к лифту. Нажала кнопку вызова и принялась ждать. Ну чего он так долго едет? Когда створки лифта отворились от туда вышел шеф.
— Алиева, вы так быстро справились, что ли? – удивленно выгнул свою бровь этот здоровяк. Я ему еле до плеча дотягивала. Это учитывая то, что была на каблуках.
— Нет, Александр Сергеевич. Закончились папки, нужно сходить в канцелярию.
— Ну вы уж поторопитесь. Завтра конференция, вы должны там присутствовать вместе с презентацией, которую также сделате вы.
И с самодовольной рожей удалился в кабинет.
Когда лифт тронулся вниз, я с размаху зарядила по дверькам ногой. Кретин! Ощущение, что он только чем занимаеться, так это сидит и придумывает, как бы меня загрузить в первый рабочий день.
Внезапно лифт заскрипел и остановился.
Ой.
Попандос, кажеться застряла. Нажала на красную кнопку, пытаясь связаться со службой, но ответа не последовало.
Еще и в животе заурчало. Я ведь с самого утра и чашки кофе не выпила. Осев на пол бессильно расплакалась. Если это мой первый день, то что будет дальше.
Так, нужно собраться. Алиевы не сдаються. Вспомнила про телефон, который взяла с собой. Что же делать? Кажеться я сохранила номер Татьяны Николаевны. Эта женщина показалась мне очень доброй, думаю она сможет мне помочь.
Набрав номер, раздались гудки.
— Виктория?
— Татьяна Николаевна, мне срочно нужна ваша помощь. Я тут в лифте застряла.
— Что, что? Вик...что...ты...говор... я...т...гд...н...
И связь пропала. Прекрасно. Мне здесь до утра куковать или что? Я начала бить по стенкам лифта, в надежде, что меня кто-то услышит и спасет. Соглашусь, в прошлый раз это плохим закончилось. Но что мне еще делать.
И таки да. О слава небесам, дяде Вите и водке, которую он сегодня не пил и смог услышать меня. Быстро обуздав лифт, он приглашал меня к себе в каптерку отведать его настойки. Я вежливо отказалсь и побежала ко 2 лифту. Благо, что в офисе их было 2. Один был для служебного персонала, катающий их с первого этажа на двадцать восьмой. А второй лифт был для начальства и их приближенных. Ездил с первого на тридцатый. Последний этаж был прямого начальства и по совместительству редкосного козла. Предпоследний, 29, его заму, Субботину Максиму Андреевичу.