Он плюнул на дохлое существо, схватился за корень и выскочил на поверхность. Это вышло очень легко. Будто Гавр эти дни занимался спортом и пил зелья для роста мышц, а не служил едой для кровососущей скотины.
— Не может быть. Как я смог это сделать? — с трудом произнес парень, осматривая бледные тощие ладони, которые сами теперь походили на лапы нежити.
— Капец, это жесть. Кому расскажу, не поверят. Надо обратиться к лекарю, срочно, — простонал Стаханов, чуть не падая в обморок.
Вдруг он понял, что очень проголодался. Если не дать организму немного калорий, то он сожрет сам себя.
Пришлось собраться с мыслями и углубиться в кусты, на этот раз хорошо смотря под ноги. Хоть бы там были ягоды или грибы, а может дикие яблоки или что-то подобное. Иначе, можно не выжить в лесу.
Хотя выход к людям займет не более часа, но даже этого времени уже нет. Тело парня стремительно слабеет. Если не удастся поесть, можно грохнуться в обморок со всеми вытекающими последствиями.
Гавриил принялся искать еду, с ужасом понимая, что ему крышка. Тут не было ничего, что можно хоть как-то употребить в пищу. Не есть же червей и листья в самом деле? На курсах по выживанию о таком говорили, но курсы — это не реальная жизнь.
«Твою мать, мне хана», — с досадой подумал парень, в очередной раз понимая, что он неудачник.
Сбоку послышался шорох. Стаханов сделал рывок, поймав дикого кролика. Затем оторвал ему голову и попил крови, которая придала свежих сил.
— Ну вот, так-то лучше. Теперь можно вернуться домой и пройти обследование на всякий пожарный, — пробубнил под нос, утирая с губ теплую красную жидкость.
Вдруг студент заорал не своим голосом, бросил мертвого зверька в сторону и побеждал прочь, как ошпаренный.
Он не мог понять, что в этой ситуации более странное. То, что измученный худой человек поймал лесного зверя голыми руками, проявив чудеса скорости и реакции.
Или, что пить кровь живых существ для него теперь норма. То есть, он даже не понял, что это плохо. Такое чувство, будто поглощал молочный коктейль или кофе. Но ведь это все ненормально. Неужели он сам стал монстром за эти дни?
Как выяснилось потом, с Гавриилом ничего не случилось. У него не выросли крылья или клыки. Он остался простым человеком, только постарел на десяток лет, превратившись из подростка в мужчину.
К тому же, парень обрел новую силу. У него открылась необычная магия, которую он обкатал, выйдя из леса. Легко разорвал на куски отморозков, что пытались до него докопаться.
Казалось, можно вернуться в усадьбу, стать полноценным наследником рода и добиться новых высот. Но все не так просто.
Родители не хотели признавать сына, видя в нем странного мужика с безумным звериным взглядом. Им было проще объявить Гавриила мертвым и скорбеть, как положено.
От Стаханова веяло чем-то темным и жутким для простого человека. Он стал изгоем рода и попал во множество неприятных ситуаций, из которых пришлось выходить, убивая людей.
В итоге, Гавр оказался мишенью для местной полиции. Его записали в маньяки и стали ловить с особым остервенением.
Вскоре парень понял, что жизнь его изменилась. Нет смысла кому-то что-то доказывать, оправдываться и пытаться стать своим в этом обществе.
Его вынудили стать кровожадным чудовищем, так пусть будет так. Если нельзя отказаться от силы и стать обычным, то надо использовать эту Силу по максимуму.
Для начала, сделать фальшивые документы и сменить имя. Потом уехать отсюда подальше, а затем уже будет видно.
Во этой ситуации у Гавра был один козырь — бесконечные деньги. Его новые способности позволяли легко убивать даже сильных владеющих, присваивая их имущество. А прежние мозги давали возможность проводить хитрые сделки, добиваясь того, что не может дать грубая мощь.
Спустя годы, дворянин по имени Григорий Стерх вернулся в свою губернию с целью поставить ее на колени.
Он напрочь забыл о прошлом, занимаясь другими делами. Но однажды услышал о семействе Светловых, у которых все хорошо. Лживая девка Татьяна стала примерной мамашей, Андрей тоже остепенился.
Теперь у них двое детей, успешный бизнес и уважение в обществе. Им не нужно убивать людей и пить кровь. Они не прошли через тяготы и лишения как он в свое время. Это надо исправить…
И Григорий принялся исправлять. Да так, что слишком увлекся, теряя лишние годы. Ничего. Теперь он будет действовать быстро, не полагаясь на наемников и прочих кретинов.
— Если хочешь сделать хорошо, сделай сам, — расплывшись в безумной улыбке прохрипел граф, чувствуя, как его сердце разрывает жгучая ненависть.