Оттолкнула руку Антона, которой он пытался схватить меня за локоть, подхватила сумочку, встала из-за стола и решительным шагом направилась к выходу.
Раз уж он не хочет отдавать мне чек, то пусть сам и оплачивает. Сумма небольшая, не обеднеет.
Плевать! На все плевать.
Внутри кипело от растревоженных воспоминаний. Всколыхнулись обида, боль и разочарование, которые я так старательно заталкивала подальше все прошедшие дни, не желая мучиться и страдать по этому кобелю. Даже глаза невольно защипали от слез.
А ведь я верила ему! Всегда!
Вылетела на улицу, не разбирая дороги, задевая кого-то плечом.
Мне просто нужно на воздух. Успокоиться.
Выдохнуть.
– Да стой! Тебе говорю, истеричка! – резко дернул на себя разъяренный Антон.
Успел все-таки выскочить следом за мной и догнать уже почти перед самой парковкой.
– Отпусти! – зашипела змеей, выворачиваясь из его захвата. – И не смей меня трогать! Никогда, слышишь?!
Неожиданное смазанное движение перед глазами, и резкая боль обожгла в области скулы. Я не удержалась на ногах, отлетая к стоящему сзади авто, неуклюже плюхаясь плашмя на капот.
В ушах зазвенело. Рот наполнился слюной с привкусом железа.
От шока я даже не сразу поняла, что произошло.
– Успокоилась? – взорвал барабанные перепонки злой голос бывшего. – А теперь марш в машину. Достала, сука! А ведь хотел по-хорошему!
Он? Меня? Ударил?
Этот гад посмел поднять руку?
Да меня даже отец родной не порол, когда надо было, а эта мразь возомнила себя хозяином?
В одно мгновение растерянность и обида сменились жгучей ненавистью. Ядовитой злостью. Кипящей яростью, хлынувшей неконтролируемым потоком.
Сжала кулаки с такой силой, что ногти впились в ладони до красных отметин.
Тварь! Какая же он тварь!
И как хорошо, что я это узнала сейчас, а не через пять лет семейной жизни, когда могли бы быть совместный ребенок, ипотека и куча других кредитов, мешающих развестись.
Я решительно развернулась на сто восемьдесят градусов с намерением как минимум расцарапать ему его наглую морду, как кто-то со стороны резким ударом в челюсть сбил Антона с ног.
Удар.
Еще удар, и бывший с разбитым носом снова полетел на землю, закрывая лицо и голову руками.
– Рома! Охрана, помогите! – взвизгнул женский голос сбоку.
И только тогда я разглядела своего невольного защитника.
Засучив рукава, не жалея, Антона мутузил на земле мой будущий начальник.
Я застыла от изумления, шока и какого-то почти детского восторга от того, что обидчик так быстро получил по заслугам. Что кара настигла его мгновенно и ответка прилетела в два раза хлеще, чем я могла предположить.
Антон даже не сопротивлялся, пытаясь трусливо отползти от Ромы. Кряхтел, сучил ногами. Мычал что-то в свое оправдание.
Я так и не поняла, растерялся ли он или просто банально стушевался перед сильным противником, не ожидая подобного поворота событий.
Увы, радоваться пришлось недолго. Охранники среагировали мгновенно, растаскивая мужчин в разные стороны. Но несколько зевак, оказавшихся рядом, все же подтянулись, с интересом наблюдая за происходящим.
Следом выбежал официант, который нас обслуживал. Видимо, решил, что клиенты собрались улизнуть.
Я отдала парню деньги, извинилась, пока Роман что-то выяснял с охранниками, и снова перевела внимание на мужчин.
Антон с перекошенным лицом стоял рядом, размазывая тыльной стороной ладони кровь по лицу. Тут же пыталась вмешаться в разговор блондинка, которая кричала и звала на помощь.
Судя по ее поведению, будущий начальник в близких отношениях с этой девушкой.
Роман вообще молчал, испепеляя взглядом моего бывшего. Было заметно, что если бы не сдерживающий фактор в лице охранников, то вряд ли бы Антон так легко отделался.
Спорящие разошлись минуты через три-четыре.
Антон глянул в последний раз в мою сторону. Его разбитые губы беззвучно шевелились, и что-то мне подсказывало, что с них слетали совсем не лестные высказывания. Хотя как раз его мнение сейчас меня волновало меньше всего.
А вот вмешательство будущего начальника... Неизвестно, как это в дальнейшем скажется на наших рабочих отношениях. Да и мало ли что бывший мог наговорить про меня Роману в порыве злости!
Я машинально потрогала ноющую щеку, убеждаясь, что все в порядке. Уголок губ пощипывал, в остальном же ничего страшного.
Мужчина похромал к своему автомобилю, а я все еще не могла отвести глаз от вымазанной в асфальтной пыли спины и местами порванной футболки.