Раздалось громкое рычание, и наглец захрипел, хватаясь за горло. Я испуганно посмотрела на ашх Нишраха, точнее на его подбородок, потому что остального из своего положения увидеть не смогла. Заметила, что он выставил нижнюю челюсть, но больше ничего не делал. Настолько силен, что убивает провинившегося лишь грозным рыком? О боги, с кем вы меня связали?
— Стойте! — не выдерживаю я мучений задыхающегося монстра. Ашх Нишрах останавливается, смотрит внимательно. — Не нужно его убивать из-за меня!
Окружающие замолкают, атакуют меня удивленными взглядами. Они понимают о чем я говорю? Но тогда почему я не понимаю языка, на котором к ним обращался ашх Нишрах? Сложно, как все здесь сложно и незнакомо.
— Он перешел границы — посягнул на мою собственность, я обязан наказать.
Ашх Нишрах продолжил пытку. Виновный посерел.
— Я не пострадала, зачем так жестоко? Пощадите его! Лидер должен уметь не только наказывать, но и прощать!
Было заметно, что он недоволен моим вмешательством, но к всеобщему удивлению, послушался. Несчастный жадно задышал, едва невидимая удавка его отпустила. Окружающие глянули на меня с сочувствием. Похоже меня ждет расплата за подорванный авторитет вожака.
Ашх Нишрах сразу увел меня в самый большой вигвам. Хотя я бы назвала его шатром — стены сделаны из светлой ткани, имеет куполообразную форму. Внутри устлан коврами, по центру гора из шкур — альтернатива кровати. Имеется стол, пара стульев, комод. Вся мебель крупного размера, сделана явно под ашх Нишраха. Выглядит изысканно и дорого. Кажется, я ошиблась, когда записала своего жениха в побродяжки. Отлично Лари, нам достался дядька с деньгами. Значит и охрана у него есть, и толпа поклонниц. Кстати, о последних…
— В вашем племени есть женщины? — задала я вопрос. За время, что мы шли в жилище ашх Нишраха нам не попался никто более-менее напоминающий женскую особь.
— Есть. — Монстр присел на корточки перед большим сундуком. Открыл крышку, начал искать что-то. — Но в походы они не ходят.
— Какие походы? — изумилась я. — Разве это не деревня, в которой вы живете?
Плечи чудовища затряслись. Морду его я не видела, но готова поспорить — он там втихую ржет надо мной. Нравится измываться над беззащитной девушкой? Что ж, пора исправлять ситуацию. Сначала он мне нервы мотал, теперь моя очередь. Только придумаю, как отыграться, сразу же испорчу ему настроение.
— Мою «деревню» ты увидишь завтра, — подозрительно прерываясь, ответил ашх Нишрах. Все-таки ржет. Смейся-смейся, скоро перестанет быть смешно. — Мы в дне пути от нее. Я пришел проверить сколько добычи поймали мои войны и сопроводить их обратно. Ночью в пустыне обитают страшные твари, справится с которыми не каждому под силу. — Он выудил из сундука большой красный платок, вышитый золотыми узорами. Подошел ко мне, накинул его на мою голову. — Человеческие девушки — слабые создания. Наружу выходи только укутавшись, малышка. Не хочу, чтобы твой чудный носик обгорел. — Он осторожно щелкнул меня по носу.
— Я вам не малышка! — гневно воскликнула я. — Что еще за дурацкое прозвище?
Монстр снисходительно улыбнулся. Не знаю, как у меня получается определять оттенки его улыбок, ведь, по сути, каждый раз это все тот же жуткий оскал.
— Мне нравится. Маленькая, хрупкая, нежная… Малышка. — Он протянул ко мне лапу и аккуратно провел пальцем по щеке. Странно, даже не поцарапал. — Я ненадолго отлучусь, никуда не уходи.
Ашх Нишрах вышел, а я так и осталась стоять, где стояла. Поразительно, но его прикосновение было мне приятно. Обжигающее, но не приносящее боли. Можно только поздравить себя. Кажется, я схожу с ума.
(3) — песчаные тушканы на языке Песчаных демонов.
ГЛАВА 4
Ашх Нишрах вернулся лишь к ужину, который во мне не вызвал ни малейшего аппетита.
— Что это? — С опаской поддела нечто, напоминающее крупного жука.
— Еда, — был краток в своем ответе монстр. Он с комфортом расположился на здоровенной подушке и с удовольствием хрустел лапками насекомого, что покоилось на его тарелке.
Мне очень хотелось поспорить с ним, но к вечеру я так устала, что не нашла в себе сил на это. Если здесь принято питаться насекомыми под соусом, то придется и мне потерпеть. До утра. Потому что сейчас я хоть и голодна, но не настолько.
Поковыряла напоследок коричневую голову, продырявила глаз, который тут же растекся склизким пятном. Фу. Пойду лучше спать.