— Капитан?! — поторопил его помощник.
Рейф сжал зубы, не желая отвлекаться. Управлять кораблем и в спокойной обстановке было непросто, а сейчас и подавно.
— Капитан? — Рейф резко обернулся на другой голос, младший палубный техник стоял рядом и смотрел на него с тревогой из-под своей дурацкой челки.
— Посторонние в рубке! — рявкнул помощник и стал приподниматься из кресла.
Рейф невольно посмотрел на губы, которые еще недавно целовал, воспоминание оказалось быстрым и острым, как удар кинжала, и столь же неожиданно-неуместным. Горло сжало спазмом и при всем желании он не смог бы выдавить из себя ни слова. Пришлось взять Нотэма за предплечье, чтобы вывести вон и не доводить первого помощника до греха. Едва пальцы коснулись чужой теплой кожи, как Рейфа накрыло.
По молодости, еще до поступления в академию, у него была идея фикс — перепробовать все, что нельзя. Насчет «всего», конечно, не получилось, но было дело, что и напивался до бесчувствия, и табак курил, да и не только табак… И вот то, что происходило с ним сейчас, до ужаса напоминало приход от полулегального стимулятора, который подсунул какой-то мимолетный приятель, имени которого Рейф уже и не помнил.
Он стал кораблем… Неповоротливой махиной, напичканной новейшей техникой под завязку. Человеческие ощущения мешали, сбивали с толку, и он без сомнений и колебаний отринул их. Он стал кораблем. Стремительной машиной, пронзающей пространство и время. Чувствовал напряжение генераторов в моторном отсеке, щекотку пробегающих сигналов по нейросети, нечто похожее на невнятное раздражение по внешней обшивке; и все эти неявные, но стойкие ощущения заглушало всепоглощающее чувство всемогущества. Он-корабль мог все. Разогнать движки, обойдя ограничители? Легко! Искривить пространство в червоточине? Запросто! И даже попасть в точку выхода не с долей вероятности, а с минимальной погрешностью? Элементарно!
Хлесткая пощечина безжалостно вернула его в реальность. Рейф словно очнулся, выдернутый из блаженных фантазий. Щека горела, в ушах стоял надоедливый звон, и он потянулся к лицу, но рука замерла на полпути как чужая, как будто ей управлял кто-то другой.
— Приди в себя! — Нотэм тряхнул его за плечи.
— Капитан?! — помощник отодвинул стул и бросился на помощь.
— Все в порядке, — с трудом выдавил из себя Рейф, отводя глаза от прожигающего взгляда Нотэма. Разбираться с рукоприкладством он не собирался, по большому счету, этот сукин сын помог, пусть и выбрал не самый однозначный метод. Рейф мотнул головой, окончательно прогоняя туман из головы. В реальности времени прошло немного, от силы несколько секунд, раз Инге едва вылез из своего кресла. И это было хорошо, потому что ситуация уже была критическая. Помощник что-то сердито говорил рядом, Нотэм вяло огрызался, но сам Рейф был занят тем, что показывала консоль, и для наглядности даже вывел над ней объемное изображение, которое не радовало совсем. К счастью, помощник стоял спиной и ничего не видел. Зато Нотэм косился то на него, то на обезумевшие показатели, и в глазах его Рейф видел отчаяние, надежду и черт его знает что еще. Почему-то на ум пришло раскаяние. Рейфу захотелось подбодрить Нотэма, и он подмигнул ему, прежде чем совершить самый безумный поступок в своей жизни — времени на раздумья, а тем более на обсуждение уже не было.
«Малышка Гретхен» слушалась отменно. Корабль словно только и ждал разрешения совершить невозможное и рвануть в неизвестность, руководствуясь лишь смутными ощущениями капитана, что так нужно и можно. Рейф чувствовал азарт, совершенно точно зная, что делит его пополам с «Малышкой Гретхен», и это было здорово.
Освещение в рубке мигнуло, погасло, а затем включилась аварийная сеть. Консоль какое-то время еще жила и показывала дикую какофонию цветов, переплетений линий и немыслимых цифр и, прежде чем окончательно почернеть, выдала рябь белого шума.
Внутренности болезненно скручивало, кишки норовили сделать кульбит, а желудок упорно просился наружу. Рейф боролся с тошнотой, но она победила — его вывернуло желчью, и стало немного легче. Рядом корчился на полу помощник, а Нотэм зажимал рот рукой в бесплодной попытке сдержать рвотные позывы.
Доведись ему писать отчет о происходящем, Рейф бы без сомнений указал, что перегрузки росли. На самом деле к тому, что в летной практике принято было называть перегрузками, происходящее имело отношение лишь косвенно — разве что только сам факт воздействия. Но что это были за силы, каковы их влияние или последствия, понятия не имел не только Рейф, но и во всей обжитой Вселенной вряд ли нашелся бы знаток.
Все закончилось неожиданно и быстро. «Малышка Гретхен» вылетела на огромной скорости из устья червоточины, как пуля из винтовки, буквально ввинчиваясь в пространство. Управлять кораблем при таком раскладе было совершенно невозможно, и Рейф, уже немного пришедший в себя, понадеялся, что пронесет — компенсировать вращение было нечем, тяги едва хватало на торможение. Окажись на курсе астероид, «Малышка Гретхен» раскрошила бы его в пыль в считанные микосекунды. К счастью, астероида на пути не оказалось, в отличие от какого-то корабля, висевшего аккурат напротив устья червоточины. А чуть правее застилала свет далеких звезд громадина адмиральского крейсера.
Искин принял единственно верное решение: уклониться влево невозможно, не даст вращение, обогнуть штабную махину справа не выйдет — не хватит импульса… И «Малышка Гретхен» почти на полном ходу врезалась в чужой корабль, так неудачно оказавшийся на пути, спихнув его в ощеренное протуберанцами устье червоточины.
— Кажется, живем, парни, — просипел он, когда снова врубилось обычное освещение и улыбнулся, но улыбка увяла, как только на консоли отобразилась последняя информация.
Сзади застонал помощник, слева Нотэм выругался коротко, но емко — и Рейф был с ним совершенно согласен.
— Ну хорошо хоть не в адмиральский, — попытался разрядить обстановку Инге.
Рейф поежился. Ткань комбинезона, несмотря на всю свою технологичность, неприятно липла к спине, холодный пот тонкой струйкой стекал по позвоночнику, добавляя неприятных ощущений ниже поясницы.
И словно мало было неприятностей, ожил канал связи с адмиральской махиной:
— Капитану Рафаэлю Серра немедленно явиться для доклада к адмиралу Гайру лично! Шлюпка выслана!
========== Глава 5 ==========
— Ой, что теперь будет! — первый помощник прижал обе руки к груди, то ли молясь, то ли унимая дрожь в пальцах.
Рейф сам испытывал горячее желание зажать ладонью глаз, подергивавшийся от нервного тика: лично общаться с адмиралом ему еще не доводилось, но молва о его крутом нраве передавалась из уст в уста шепотом, пусть и дополнялась от рассказчика к рассказчику новыми страшными подробностями. Впрочем, официальные каналы порой подтверждали самые невероятные слухи.
— Дальше младшего палубного техника не разжалуют, — утешил его Нотэм и сплюнул на пол, поморщился и сплюнул еще раз.
— Шутить изволите? — сказал Рейф и понял, что его отпустило. — А впрочем, неважно. Пойду-ка я душ приму.
— Угу, принимать пиздюли от начальства завсегда лучше с чистой шеей, — пробормотал Нотэм и уткнулся в планшет, яростно тыкая в сенсор пальцем.