Я пыталась отдышаться, делая глубокие вдохи, цепляясь ногтями за мужскую спину.
Глухой страстный шепот:
— Я снова тебя хочу.
— Я… я тоже… сейчас, — я сделала еще один вдох, и поднялась на дрожащих ногах.
В ванной я осмотрела бедра, смывая еле заметный развод крови. Я специально не закрыла дверь, оставив щель, через которую прорывался луч света — сигнал для Ильи. Он тактично выждал пару минут, и вошел, остановившись на пороге. Высокий, мощный мужчина. Мой. Он осторожно поднял меня, ставя в ванну, и выбрав нужный напор воды, присоединился. Никогда не думала, что целоваться под струями воды так интимно…
Я не очень уверено стояла — ноги дрожали, угрожая подогнуться в коленях. Илья с улыбкой обнял меня за талию, практически отрывая от дна ванны, удерживая на весу.
— Если ты устала…
Я не дала ему договорить.
— Нет! Хочу еще!
Илья на секунду отвлекся на презерватив, затем приподнял меня, обхватывая под ягодицы, прислонил спиной к нагревшемуся от горячей воды кафелю, и неглубоко вошел, давая мне возможность самой контролировать процесс. Я едва пошевелила бедрами, ощутив, как интимно скользит внутрь член.
— Ты такая узкая… — горячо зашептал мужчина. — Такая податливая… Женственная, нежная…
Я облизала пересохшие губы, и подарила Илье самый откровенный поцелуй, на который была способна. Он постепенно опускал меня, и вскоре пенис полностью вошел в меня, вызвав ощущение наполненности, граничащий с болезненностью. Странное, острое сочетание… Не хотелось двигаться, что-то менять, хотелось зафиксировать этот момент близости: мужчина и женщина, соединенные физически и духовно, отдающиеся друг другу полностью.
От размеренных толчков кожа спины приятно скользила по гладкому кафелю. В зависимости от скорости движений, мои руки то нежно поглаживали плечи Ильи, то с силой сжимали. При этом я ощущала, как напрягаются его мышцы. Акустика ванной комнаты делала все звуки еще более сочными, живыми, яркими: страстные поцелуй, мои крики, хриплые мужские стоны, дико возбуждающие, практически животные звуки соединения тел, льющаяся вода.
Я видела наше отражение в большом запотевшем зеркале, вмонтированном в дверь. И от этого зрелища возбуждение в разы возрастало: мощная спина Ильи, из-за которой меня (кроме как головы и обхвативших его талию ног) не было видно. Мои огромные глаза, которые искрились энергией, приоткрытый в крике рот, опухшие губы. Но больше всего заводил вид ритмично двигающихся бедер мужчины. Я испытывала острое чувство наслаждения от «видимого» и «ощущаемого»: я вижу, как бедра подаются вперед, и тут же ощущаю, как член глубоко вбивается в меня, и снова — движение, толчок, движение… Мои наблюдения прервал Илья, задав такой темп, что единственное, что я могла делать — это судорожно обхватывать его ногами, сильнее вжимаемая в стену.
Глубокий поцелуй. Очень глубокий. Такие, вероятно, бывают только за секунду «до».
До оргазма.
Илья слегка, казалось бы, изменил мое положение, но угол введения члена поменялся настолько, что теперь головка монотонно скользила по какой-то чувствительно точке внутри… Еще пара секунд, и акустика ванной вновь сыграла свою роль: мой крик прошелся по стенам, приглушаемый только звуками льющейся воды. Илья сдавил мои бедра, делая последние резкие, отрывистые движения, наслаждаясь тем, как интимно сокращаются мои мышцы, принимая его.
Я откинула назад голову, прижимаясь горячей, раскрасневшейся щекой к кафельной влажной стенке. Из запотевшего зеркала на меня смотрела совершенно другая женщина.
Женщина.
Глава 27
Утром я проснулась с улыбкой. Внизу живота слегка саднило, а опухшие губы все еще хранили вкус поцелуев.