— Что? — Тони берет скатавшуюся в их ногах простынь и скрывает голую задницу Марцио под белоснежной тканью. Нелепая поза любовников исчезает из вида, и я перевожу усталый взгляд на часы. В стакане давно закончились виски, а я не позволяю никому нарушать нашу кровавую вечеринку. Достаточно Тони и меня. Ни к чему лишняя свора.
— Убийца не обязательно мужчина, нужно рассмотреть все варианты. Прикажи Джио привести всех, кто обслуживал сегодня клиентов. В том числе охранников, барменов и официантов. Записи с видиокамер ко мне на стол. Я в кабинете. И позвони сеньору Карбоне, сообщи о сыне, — бессонная ночь не в первой, а вот ситуация... сверх моего понимания. Каким нужно быть безрассудным, чтобы замахнуться на "семью" на нашей территории, в самом ее центре, где проходила встреча. Перечисляю фамилии, имена, вспоминаю детали, сопоставляю факты и не могу зацепиться — никто из присутствующих капо не претендует на власть, не прыгает выше своего положения и не желает выйти из-под контроля.
Никто не хочет войны, тогда какого хера здесь произошло?
Располагаюсь в кабинете, устраиваясь в удобном кожаном кресле и опрокидываясь назад, на его спинку. Надо мной качается потолок и я закрываю глаза, вспоминая Марцио и надеясь, что его смерть не понесет за собой никаких глобальных проблем. Например, вендетты, если в этом замешаны члены, скажем так, не разделяющих наших взглядов, кланов. Меньше всего хочется устраивать бойню.
Потому что в таком случае потерь не избежать.
— Вот записи, Вико, — Тони вбегает в кабинет без стука, взволнованный и запыхавшийся, вынуждая меня резко выпрямиться. Спешно включаю принесенную флэшку, а он тараторит: — Почти все собраны, осталось несколько шлюх, успевших свалить домой. Дантэ их доставит. И да, девчонка. Немая, — поясняет он, когда я изгибаю бровь, обращая на него внимание. — Я все понимаю, но ты просил привести всех, а она...
— Она не в счет, все это время она была со мной.
Ладно, не совсем со мной, но в моем доме.
— Как скажешь, — Тони поднимает руки вверх, сдаваясь, а я пролистываю записи, пытаясь выловить хоть что-то. Проблема в том, что на этажах с комнатами камер нет — мы не можем использовать их во избежание даже намека на компромат, поэтому все, что я имею, это запись с камеры парковки, главного входа и запасного выхода, а также барной стойки и небольшой зоны вокруг нее. Учитывая то, что вход в клуб строго по пропускам, чужаков здесь быть не могло, и все же... блядь, ничто не остановит профессионального убийцу, а судя по тому, как тихо и незаметно произошло убийство, он точно профессионал.
— Где ты ее нашел? — все же не выдерживаю и, пока Тони трется рядом, пользуюсь моментом.
— Кого?
— Девчонку, с которой я уехал.
— Данте, не я. Она прибилась к попрошайкам в метро, а там не любят чужаков, ты же знаешь — территория поделена. Девчонка красивая, и он предложил ей непыльную работенку. — Ну да, не пыльную, только не совсем приятную. Кривлю губы от брезгливости, думая о том, сколько уродов могли бы ее поиметь, если бы не наша случайная встреча. Черт, малявка, а ты моя должница. — Так ты ее не вернешь?
— Что? — пристально всматриваюсь в экран и, теряя нить разговора, произношу крепкое ругательство, потому что для детального просмотра пленки мне потребуется минимум шесть часов, а еще нужно расспросить всех свидетелей, съездить к главам семейств и отчитаться перед боссом. Блядь, Марцио, ты наделал херову тучу проблем.
— Немую. Ты вернешь ее?
— Нет. Забудь, — потираю переносицу и, нажав на глаза до ярких кругов, машу в сторону двери, где слышатся приглушенные голоса собравшегося персонала. — Начнем, Тони. По одному...
Возвращаюсь домой на следующие сутки, абсолютно вымотанный, раздраженный и, конечно, забывший про Хану, которая встречает меня сидя на нижней ступеньке лестницы. Все в том же платье, в полумраке лунной ночи, с Фато, лежащим у ее ног. Бледная и красивая, чем-то похожая на ведьму со своими длинными распущенными волосами, раскинутыми на белом полотне оголенных плеч. Я слабо улыбаюсь и, скидывая пиджак, подхожу к столику с напитками, чтобы налить целый стакан виски. Вот так, Вико, сейчас можно расслабиться.
Несколько больших глотков и легкий туман в голове, почти эйфория, смешавшаяся с сонливой усталостью.
— Почему ты не спишь? — сажусь на диван, соскальзывая вниз и принимая полу-лежачую позу. Хана пожимает плечиками, а Фато, наконец, меняет место дислокации, перемещаясь теперь уже к моим ногам. Слава Святому Франциску, он еще помнит, кто его хозяин. Треплю его по голове и хлопаю ладонью по дивану рядом с собой. — Иди сюда, малявка. Я не трону тебя, — она это и так знает, ведь я ни разу не нарушил своих слов, поэтому без заминки встает и, осторожно ступая босыми ступнями, подходит ближе. Скользкие тени скрывают ее лицо, но кое-что я все-таки успеваю рассмотреть: блестящие распахнутые глаза, в темноте превратившиеся в бездонные озера. Маленькая strega, черт бы ее побрал. — Я задержался, — садится рядом и все же недостаточно близко, чтобы я мог коснуться ее плечом, и я поворачиваю голову, разглядывая ее профиль. Нервничает, как всегда, перебирая пальцами подол платья. — Знаешь, Хана, тебе крупно повезло: на ее месте могла быть ты, — вспоминаю убитую девчонку и следом за ней Марцио. А на его месте — я. Она непонимающе хмурится, и я продолжаю: — Блондинка, которая была с Марцио, ее убили, вместе с ним. Вернее, под ним.