- Да заткнись, дура!- первый мужчина зарядил мне пощёчину, у меня резко потемнело в глазах и тёплая струйка побежала по подбородку.
- Да ты грохнешь ее раньше времени, придурок!
Руки грубого кавказца порвали бесформенную футболку на моей груди.
- Ох нихрена ж себе! Думаю, она стоит тех денег. - они оба уставились на мою оголенную грудь.
Я зажмурила глаза, ожидая своего приговора. Сил сопротивляться уже не было. О каких деньгах идёт речь? Я ничего не брала, я ничего не знаю. Мне хотелось рыдать от отчаяния и обиды, за то, что я не делала. Да я даже не понимаю, за что эти незнакомые люди так поступают со мной.
-Значит так, смотришь в камеру, и слезно умоляешь своего хахаля добровольно явиться. Усекла? – когда он говорил, шрам на его лице как будто становился больше и делал его вид еще более жестоким.
Я только хлопала глазами и не могла ничего больше произнести. Рот безобразно и не послушно открывался и из него вылетали всхлипы, звуки и больше ничего. Меня лихорадило в разные стороны.
- Артём, Артем, прошу тебя...- все , что мне удалось внятно произнести перед тем, как чья-то объемная фигура появилась в проеме моей пыточной.
Я видела только фигуру огромного зверя. Почему-то в нем я почувствовала своё спасение.
8
Металлический привкус крови во рту. Я навсегда запомню этот вкус, даже если мое навсегда скоро закончится.
Быстро, насколько позволяло мое состояние, открыла глаза. Все тот же подвал, только света стало больше. Я одета, моя разодранная футболка кое-как прикрывала мое тело. Что-то мягкое лежало на полу, под моим телом. Несколько минут я гипнотизировала стену, пока не заметила явное облегчение на своих руках. Не глядя, инстинктивно, пошевелила каждой и резко дёрнулась. Мои руки свободны. Это же шутка? С ногами произошли те же изменения, и я моментально вскочила на ноги. Открылось второе дыхание, я снова зацепилась за тонкую ниточку надежды.
В комнате никого, это очень радует. Превозмогая боль в ноге я тихонько добрела до двери и стала прислушиваться. Сейчас каждый шорох казался мне шансом на спасение или на неизбежную гибель. Артём, его имя само сорвалось с моих губ. Я ещё верю, что он поможет мне, он должен прийти.
Дверь казалась настолько толстой и не проницаемой, что ничего кроме биения своего сердца я не слышала.
Рука сама легла на ручку двери в надежде. Крепко зажмурила глаза и медленно повёрнута ручку. Боялась ошибиться и издать слишком много звука. Так на бывает. Она не откроется, просто так меня не выпустят от сюда, эта дверь явно заперта.
Щелчок и мои глаза расширились. Струя свежего воздуха легонько коснулась моего носа. Этого не может быть.
Действуя на автомате, я как самый тихий хищник выползала из своей клетки.
Длинный коридор и ни одной комнаты. Естественного освещения нет, лишь пара ламп, тускло разносящих свет.
Сердце колотится миллионами ударов в секунду и становится сложно дышать. Внутри чувство ложной свободы.
Аккуратно шагала по ледяному полу и потирала руками запястья. Синие полосы, как следы от заточения, навсегда будут напоминать мне об этом месте, даже после того, как со временем там не останется видимого следа.
Преодолев коридор и окончательно убедившись, что тут абсолютно одна, я испугалась. Так бывает, когда за тобой бежит злая собака. Мозг посылает в мышцы импульсы и заставляет быстро двигать ногами. Я побежала вверх по лестнице и оказалась в таком же коридоре, только дверей здесь было в несколько раз больше.
Я чувствовала себя огромным слоном, каждый шаг которого будет непременно услышан. В ушах резко зазвенело, а голова закружилась.
Голоса, я слышу их. Странная суматоха. Их много, они разных тембров и интонаций, а ещё кто-то плачет. Женский писк, всхлипы и непонятные моим ушам звуки вперемешку с мужским смехом. Здесь есть ещё одна жертва, и ей, в отличии от меня, сейчас приходится худо.
Я ступала босыми ногами по бетонному полу и молилась. Молилась за Артема, за свою жизнь, за бедняжку, которую, судя до усиливающейся истерики, кто-то испытывал за дверью, перед которой я остановилась на мгновение.