Свыклась с мыслью, что прошлое нужно оставить в прошлом. Когда-нибудь я обязательно буду счастлива.
А сейчас эта внезапная статься опять выбивает этот шаткий табурет из под моих ног.
Вылетела пулей из вагона, едва тот остановился. Пусть ещё несколько остановок идти пешком, зато ничего не будет причинять мне прежней боли.
Завтра у меня начинается новая жизнь, я поступила и начинаю учебу. Уже нашла новую работу в библиотеке при колледже. Все изменится, должно измениться.
Осень сейчас ощущалась ещё сильнее, ветер казался настолько холодным, что я продрогла до костей, пока дошла до подъезда.
Сейчас дверь за моей спиной захлопнется и я дам волю эмоциям, в последний раз, обещаю это будет в последний раз.
Огромная корзина с ароматным букетом белых пионов стоит прямо перед дверью в мою квартиру.
Опять он. Насколько бы не были красивыми эти цветы, они сейчас же отправятся в мусор. Стало настолько тошно, плохо и гадко на душе.
Телефон уже набирал номер Артёма, чтобы предупредить о его навязчивости в последний раз.
- Малышка, привет! Не ожидал что ты позво.... - он не успел договорить, как палец назад на кнопку вызова.
Глаза расширились от неожиданности и наполнились густыми слезами.
Телефон звонит и звонит не переставая, но мне нет до него дела.
Вторая рука разворачивала записку, укромно спрятанную в букет, которую я просто не заметила сразу.
«Люди имеют свойство ошибаться, но каждый из нас имеет право на ошибку, верно?»
Еле шевеля губами прочитала каждое слово и не удержала одну слезинку. Дрожащей рукой перевернула кусочек плотного чёрного картона и перестала дышать.
Вахидов Р.А.
Это был тот самый выстрел из далека, который попал в самое сердце.
27
- Ты не можешь просто так выставить меня за дверь! Прояви хоть каплю человечности! Погоду за окопном видела? - Артём уже битый час стоит под моей дверью и простит разговора.
- Я не приглашала тебя в ливень постоять под своей дверью. Я тысячу раз говорила тебе, что ничего не будет как прежде! - как попугай я трещу ему это не первый раз.
- Ну Нэсс! Мы же все таки не чужие люди? Хоть согреться то дай и я уйду! Черное слово! - ещё уговоры.
До ушей доносится жуткая гроза с улицы. Вот она очень, льёт ещё с обеда. Я только пришла с учёбы и вечерней работы, а ещё настолько устала каждый раз отшивать Артема. Устала, что слов и сил больше нет. Может правда этот разговор расставит все точки над и.
- Будь мужиком и сдержи хоть одно своё слово! - я нехотя открыла ему дверь, впуская его промокшее тело в квартиру.
- Я знал, что ты ещё не успела превратиться в столичную стерву! - он по хозяйски повесил куртку и счёл обувь. - А накормишь меня?
Закатила глаза и пошла на кухню. Почему я должна страдать и терпеть, принимать его назойливое присутствие. Я слишком мягкий человек.
Тарелка с борщом была до остатка съедена, а я с тоской и надеждой смотрела в окно. Этот дождь может прекратиться так же неожиданно, как начался. Он должен так перекраситься, и мой гость свалит из моей укромной берлоги.
Сообщение, которое неожиданно пришло на мой телефон, заставило меня занервничать. Артём в свою очередь не придал этому сигналу значения.
«Я вспоминаю ту ночь каждый раз, когда...». Заблокированный экран не дал мне возможности дочитать сообщение до конца.
Злилась сама не себя и на беззаботно развалившегося за столом Артема, который совсем не кстати заявился на разговор.
Щеки покраснели, а голова чуть ли не отвалилась от желания поскорее заглянуть в телефон, но пока он рядом, не могу этого сделать.
Эти сообщения с незнакомого номера приходят мне весь октябрь. После того букета с запиской под моей дверью пришло первое смс.
Без подписей и конкретики, но я знала кто его отправитель. И вот теперь в течении всего месяца я получаю по несколько сообщений в неделю, с красноречивыми словечками. Ещё были цветы и завтраки.
А после вчерашнего трепетного сообщения я чуть не сдалась и впервые почти ответила на него, а не просто прочитала.
Но во время остановилась. Где-то в глубине души мне не верилось в искренность этих поступков, но до конца отпустить тонкую ниточку надежды я была не готова.
- Ты по моему пришёл поговорить. - голос звучал отнюдь не радостно.