Ну вот, сразу с порога напомнил мне о том, чего я так боялась…
— Получила… — ответила я.
— Тогда пройдемте в мой кабинет и поставим подписи. И вся эта бумажная волокита, наконец, закончится.
Мы прошли в кабинет и Дмитрий протянул мне документы.
Я поставила несколько подписей и отложила в сторону ручку.
— Поздравляю, Арина, — сказал он. — Теперь вы — свободная девушка без каких либо обязательств.
— Что вы, девочки никогда не были мне в тягость, — с грустью в голосе ответила я. — Мне нравилось быть их опекуном. А теперь, у меня появилось ощущение пустоты… Формально я больше им никто.
Чернов заметил, что по моей щеке пробежала слеза и протянул мне салфетку.
— Не грустите, — сказал он. — В любом случае вы — их родня. Будете видеться, я этого не запрещаю.
К моему удивлению, Чернов сегодня был очень милым. Даже улыбнулся мне, посочувствовал, салфетку дал…
Неужели, для этого человека еще не всё потеряно? Может, он не такой уж и плохой, как мне казалось.
В любом случае, я была рада, что всё прошло мирно. Чернов заверил меня, что я могу видеться с Соней и Машей в любое время, и он не будет этому препятствовать. Больше всего я боялась, что после подписания документов он запретит мне видеться с ними. От такого человека, как он, я могла ожидать чего угодно. Но, видимо человечность в нём, всё-таки, присутствует, так что я со спокойной душой спустилась в кухню к Елизавете Федоровне.
— Вот и всё, — сказала я ей, а у самой слёзы наворачивались на глаза. — Больше я не опекун близняшек… Встретила Дмитрия Сергеевича на втором этаже, мы подписали последние документы, и теперь он полноправный отец Сони и Маши.
Няня девочек поставила передо мной кружку с чаем и отрезала кусок торта.
— Не расстраивайтесь, Арина, — сказала она. — Вы всё равно остаетесь для них самым близким человеком, они любят вас и всегда ждут.
— Я понимаю, но всё равно, грустно как-то… — ответила я. — Ну, ладно, не будем о печальном. Расскажите лучше о Соне с Машей. Как они тут без меня три дня?
— Конечно, они немного капризничали, но мы справились, — ответила Елизавета Федоровна. — А еще у меня есть для вас хорошие новости.
— Какие? — спросила я и сделала глоток чая.
— Соня научилась сидеть! — с восторгом в голосе сказала она. — И Маша тоже вот-вот сядет, уже активно пытается это сделать. Думаю, пару дней пройдет и она тоже научится.
Я была безумно рада этой новости. Даже снова задумалась о том, что всё-таки я правильно поступила отдав девочек родному отцу. Ведь теперь они получают высококлассные медицинские услуги, у них лучший и самый дорогой массажист в городе. Они наблюдаются в хорошей частной детской клинике и в целом, теперь, у них всё будет самое лучшее. Я видела, что отец не жалеет денег на их развитие, и это хорошо. Жаль, только, вниманием обделяет…
— Это отличные новости! — со счастливой улыбкой на лице ответила я. — Массажи и процедуры, наконец, дали свой результат. Я очень рада этому.
15.
ЧЕРНОВ В СВОЁМ ДОМЕ ЧЕРЕЗ ДВА ДНЯ.
Мы с отцом сидели в моём кабинете и пили кофе. Через три часа у нас важное совещание, он зашел ко мне, чтобы обсудить детали перед работой.
Соня с Машей еще спали, так что мы пока сидели у меня в кабинете.
Я достал из ящика стола папку с документами и протянул их отцу.
— Что это? — спросил он.
— Открой, — ответил я.
Отец открыл папку, достал оттуда листок и пробежался глазами по строчкам. Увидел, что это были документы на отцовство близняшек.
— Поздравляю тебя, сын! — радостно потряс мою руку отец. — Ты у нас теперь — многодетный папа.
— Мы оба знаем, по какой причине я это сделал, — твердым голосом ответил я. Не собирался делать вид, что принял самих детей. — Надеюсь, теперь ты перестанешь угрожать мне наследством? Я сделал, как ты хотел.
Отец убрал документы в папку и вернул её мне.
— Честно говоря, я не собирался лишать тебя наследства, но по-другому я бы не уговорил тебя на оформление отцовства. Я лишь надеялся, что если эти дети окажутся твоими, то и ты, со временем полюбишь их, если они будут постоянно у тебя на виду. Хотел, чтобы у моих внучек была семья и они ни в чем не нуждались.
— У них была семья — Арина, — ответил я. — Мы могли бы просто помогать им финансово, и всё на этом. К чему эти сложности?
— Ты не понимаешь, — сказал он. — Я сделал это для тебя. Чтобы уберечь от главной ошибки в твоей жизни. Рано или поздно ты бы осознал, что у тебя есть две замечательные дочки и захотел бы поддерживать с ними общение. Но было бы уже поздно. Они бы выросли, не зная отца, и ты уже был бы им не нужен. Ты даже не представляешь, как это страшно — в старости остаться одному.