Мистер Крыс, кстати, так и копошится у меня, придерживаю его, чтоб не сбежал. Мужчина сердито смотрит на комок шерсти. Берётся за переносицу, закрывает глаза.
— Ольга, ваше счастье, что у меня завтра командировка. Мне просто некогда искать новую няню, иначе бы вы здесь не остались, — голос ледяной. — Почему вы не одеты? А если Костя ночью проснётся? Вы к нему в таком виде пойдёте?
Машет в мою сторону рукой, упирается взглядом куда-то в середину меня, открывает рот, чтобы ещё что-то сказать, закрывает, сглатывает и опять бормочет что-то непечатное. Судорожно натягиваю одеяло чуть не на нос. Ну да, лифчиком под футболки я себя никогда не утомляла.
— У меня ничего нет, — шепчу тихо. — Я вас не попросила, чтобы вы меня отпустили вещи собрать, забыла. У меня ни одежды с собой, ни даже зубной щётки, — глаза вдруг наливаются слезами, до того себя жалко становится.
Босс смотрит на меня молча, и мне кажется, что чуть смягчается.
— Ладно. Извините, что я ругался, — и тон голоса уже не такой страшный. — Просто не ожидал увидеть такое на спинке дивана посреди ночи, — слегка улыбается, а я краснею, как маков цвет.
Да уж… только сейчас соображаю, я же тянулась вверх за хомяком, футболка наверняка даже попу не прикрывала. Хорошо хоть трусы на мне шортики, но всё равно…
— Заберите его у меня, пожалуйста, — протягиваю к мужчине руки, в которых продолжаю крепко держать мистера Крыса.
— Давайте, отнесу в клетку, — он подходит, аккуратно вытаскивает зверюшку у меня из пальцев. — Не забудьте руки помыть. Извините, — тут же спохватывается, — привычка, всё время Косте это говорю.
— Ничего страшного, — я заставляю себя улыбнуться и собираюсь встать, но тут же плюхаюсь обратно. Опять светить перед шефом почти голым задом не хочется.
Начальник уходит, но быстро возвращается.
— Вот, возьмите, — протягивает мне большой халат. — Завтра съездите к себе за вещами, я передам Юрию, чтобы он вас отвёз.
— Спасибо. Но у вас же командировка, в аэропорт добираться, машина будет нужна, наверное? — спрашиваю, глядя на него.
— Что, такси отменили? — босс пожимает плечами. — Юрий всё равно повезёт вас с Костей в школу с утра. Мне нужно будет раньше уехать.
— А как же… — растерянно начинаю. — Вас же директриса… директор просила быть завтра…
— Разберитесь пока сами, — он машет рукой. — Или скажите, что я вернусь через несколько дней — тогда и решим все вопросы. Спокойной ночи.
Выходит из комнаты, а я нервно сглатываю. Похоже, перед замначальником генштаба за фингал его сыночка придётся отдуваться мне.
Перспективы разборок меня немного пугают, из-за этого не удаётся нормально выспаться. Подскакиваю по будильнику и, накинув одолженный халат, иду ставить чайник. Костя говорил, что завтраками их в школе кормят, но надо хоть горячего глотнуть.
На кухне обнаруживается шеф уже в костюме, допивающий чашку кофе. На секунду чувствую неловкость от воспоминаний о том, что произошло вчера, но начальство не даёт мне задуматься.
— Ольга, хорошо, что вы уже встали, — он оттягивает рукав над часами. — Мне пора ехать. Расписание Кости скину вам на мобильный, Юрий предупреждён, отвезёт вас сегодня за вещами. Меня не будет до пятницы. На субботу и воскресенье я дам вам выходные, Костя на два дня поедет к Никите. В воскресенье вечером вернётесь. Всё ясно?
— Да, конечно, — киваю.
— Отлично. Костю я сейчас разбужу, — шеф быстро выходит из кухни, я, помедлив, иду за ним.
В комнату не захожу, но слышу, как мужчина ласково будит сына, объясняет, что уезжает, прощается. Костя недовольно хнычет, но после тихого неразборчивого разговора вроде успокаивается.
Босс выходит из детской и показывает, чтобы я шла туда. Киваю, и он быстро идёт в сторону коридора. Спустя пару минут хлопает входная дверь.
— Доброе утро, — говорю бодро, заруливая в спальню. — Подъём!
С Костей легче, чем с моими сорванцами-братьями. Всё-таки он младше и пока ещё нормально слушается. Мы умываемся, собираемся, я наливаю ребёнку чай и сажусь напротив него.
— Костя, я хочу спросить у тебя кое-что, — начинаю, глядя ему в глаза. — Расскажи мне, что произошло вчера?
Мальчик хмурится и молчит. Ожидаемо.
— Кость, давай я тебе помогу? — подхожу к ребёнку и присаживаюсь перед ним на корточки, так, чтобы он смотрел на меня сверху вниз. — Я на твоей стороне. И буду тебя защищать. Но для этого мне нужно знать правду, понимаешь? Потому что правда — самое важное. Ты ведь не просто так ударил мальчика? Как там его зовут…
— Миша, — тихо говорит ребёнок.