Понять его можно. Сложно подобрать слова, чтобы вот так сразу объяснить незнакомому человеку, что именно произошло.
— У неё пока нет мамы, а зовут её Дарина Матвеевна Громова — подсказываю боссу.
Просто мне его жалко, и имя само собой ложится на язык. Булочку же ему подарили, значит Дарина. Но если не нравится, может придумать другое. Данное мной ни к чему не обязывает.
— Да! — от моей помощи Матвей сразу обретает уверенность в себе и даже расправляет плечи. — Дарина оказалась у меня только вчера, и я не имею понятия что нужно с ней делать, кроме как кормить и менять памперсы.
— Так-так, ну смотрю, в роддоме сделали прививки и все анализы, девочка ваша родилась здоровенькой. Я сейчас её ещё посмотрю, но следующее обследование и вторую прививку от гепатита, вам нужно сделать когда Дарине исполнится месяц. Вы на учёт в поликлинику встанете или у нас планируете наблюдаться?
— У вас, — без раздумий отвечает Матвей, а я радуюсь, что мне не придётся, если что, по очередям тереться.
— Прекрасно, я дам вам свой номер телефона, у нас полагается круглосуточная поддержка. Можете звонить мне по любым вопросам.
Доктор подходит к пеленальному столику, где голенькая булочка шевелиться как маленький неуклюжий черепашонок, и греет в руке фонендоскоп, прежде чем приложить к детской груди.
— Так-то она спокойная и кушает хорошо, просто иногда плачет без причины, — считаю нужным все же озвучить основную причину нашего визита.
Педиатр смотрит на меня как учительница алгебры, когда я не могла решить задачу — то есть с выражением «как тебя такую глупую в няни наняли», и я виновато пожимаю плечами. Простите, так уж вышло.
— Как вас зовут? — спрашивает вместо обвинений в некомпетентности, и сразу начинаем мне нравиться сильнее.
— Алиса.
— А меня Надежда Сергеевна. Думаю, мы с вами будем чаще общаться, Алиса, чем с папочкой, поэтому сразу поясню: вот для таких маленьких детишек плакать без причины совершенно нормально. Беспокоиться стоит только если происходит это аномально долго и часто. Ну а так, просто соблюдайте режим, контролируете температуру, не забывайте купать, чистить ушки, обрабатывать пупок, стричь ногти и делать гимнастику. Упражнения я вам сейчас покажу.
Не знаю, каким образом так выходит, но совершенно незаметно с Надеждой Сергеевной дальше общаюсь только я. Матвей сидит на стуле, уставившись в телефон, а я слушаю лекцию по уходу за новорожденным и пытаюсь все запомнить. Понимаю, что бесполезно, информации очень много, но доктор даёт брошюры, а ещё утешает, что в современном мире есть интернет.
Мы проводим в кабинете минут сорок, а когда выходим — булочка на руках у отца, я впереди, открываю двери — понимаю, что думаю о смесях и что надо ванночку ещё купить. Пугаюсь и приказываю себе не погружаться так глубоко в свою новую работу! Я ведь такими темпами уже через пару дней жизни себе без булочки помыслить не смогу.
— Спасибо тебе, Алиса, вообще не знаю, чтобы без тебя делал. Я, кстати, все что врач говорила, на диктофон записал, — подливает масла в огонь своей признательностью Матвей.
И его мне уже жалко! Я вообще такая дура, что максимум через неделю и от зарплаты откажусь, лишь бы им помогать и знать, что у них все в порядке.
— Это моя работа, — специально отвечаю холодно и равнодушно. — Надеюсь, ты быстро найдёшь профессиональную няню. А, кстати, у булочки бабушка есть?
Вот да. Почему бы родную бабушку не вызвать на помощь?
Мы доходим до машины и Матвей отдаёт мне малышку, чтобы открыть дверь.
— Её зовут Дарина, и бабушки у неё нет, только дед. Ему сообщу, когда получу тест ДНК, но сомневаюсь, что он примчится нянчить внучку.
Я вздыхаю и сажусь в машину. Как много у нас с Матвеем общего! У меня тоже с мамой отношения так себе, и никто не явится на мой зов о помощи по первому требованию. И, кстати, отношения наши испортились из-за Лёни. А может позвонить маме и всё ей про него рассказать? Пусть бы порадовалась и примчалась ко мне, лишь бы заявить: «Я тебе говорила»! А там, глядишь, и с Дариной что-то подскажет. Все же она меня как-то подняла.
Подъезжаем к дому, и тут у меня телефон оживает. Опять звонит блудливый флейтист — зря его вспомнила. Я морщусь, а Матвей вдруг ко мне поворачивается и протягивает руку.