С трудом, но я заставила себя вернуться в реальность. В суровую реальность, в которой я несвободная женщина. Распахиваю глаза и начинаю вырываться из его хватки.
Что же я делаю?.. Мало я ошибок совершила?.. Большего моя совесть не вынесет.
— Мирослав, нет… Мирослав!
— Да замолчи ты… — пытается поймать мои губы снова.
— Перестань! Я не могу, понимаешь?! Не могу…
— Из-за него?..
— Да, из-за него. Он мой муж. И я так не могу…
— Такая верная ему, да?
Что за издевательский тон?! Почему я не могу быть такой?..
— Всегда была верной. Почему тебя так удивляет это?
— А где была твоя верность, когда ты свалить решила, придумав себе какую-то чушь своим детским мозгом?! — рычит Мирослав, с силой стискивая мое правое запястье. Другой рукой он обвивал мою талию и крепко прижимал к себе. — Я тоже ждал от тебя верности. Ты сбежала и замуж вышла! Я тебе не разрешал!
— Я еще разрешения у тебя спрашивать должна была?! Я тебе никаких клятв не давала! Ты мне тоже! Почему я… м-м-м!
Мирослав закрывает мне рот еще более рьяным поцелуем. Стискивает меня всю в руках и делает все, чтобы я сдалась. Прямо здесь. Прямо в прихожей!
Рванул губами к шее и впился в тонкую кожу так, что теперь точно останется отметина. Только этого мне не хватало. С засосами на шее домой явиться.
— Нет, нет… Я не могу…
— Можешь и хочешь…
— Пустиии… — пытаюсь оттолкнуть его от себя, но он еще сильнее прижимает меня к себе.
Рывком оттесняет мое тело к шкафу с верхней одеждой и вжимает меня в него.
— Мирослав, возьми себя в руки… Ты ничего не знаешь обо мне. Я не такая, как ты думаешь. Если бы знал, то даже не пытался бы…
— Мне не надо ничего знать, Устина. Я уже знаю, что мне нужно.
— Папа!
Раздался голос Полины со стороны гостиной. Она, наверное, услышала нас и спустилась. И это к счастью. Это девочка меня всю ночь спасает.
Ему бы следовало отпустить меня сию секунду. Его дочери не стоит видеть, как ее отец прижимает к шкафу чужую тетю.
— Отпусти, — шепчу ему в губы.
— Даже не вздумай пытаться сбежать. Я тебя теперь хоть где откопаю. Все с землей сровняю, но найду, — отрывает меня от шкафа и в этот момент в прихожую входит Полиночка.
— Папа… — видит отца, а потом и меня. — Устина! Ты не ушла?! Ура! — девочка подбегает ко мне и обнимает за пояс. Я провожу ладонью по голове девочки. — Я знала!
— Устина не могла вот так просто уйти. Ты ей очень понравилась, — пояснил Мирослав дочери.
— Ты мне тоже понравилась! Папа, Устина останется, да?! Надолго?!
— На сегодня точно останется.
Я смотрю на Мирослава и качаю головой из стороны в сторону, показывая ему, что ни черта такого не будет, а он одним лишь взглядом предупреждает меня, чтобы я даже не дергалась.
Даже если я и выскочу на улицу, далеко ли я по снегу убегу?…
И где гарантии, что Дашка не слила мои контакты?..
— А давайте собирать мозаику?! У меня есть очень красивая! Новогодняя! Там персонажи из мультфильмов. И снеговик! Пособираем у елки?! — девочка мечется взглядом. То на меня посмотрит, то на отца.
— Сбегай за ней наверх, Поль, — отправляет дочь, которую как ветром сдувает. Как же красиво развиваются ее золотые волосы.
— Что ты еще придумал? Зачем ты даешь надежду Полине, что я могу остаться? Я только ее успокоила и убедила, что мне нужно уезжать.
— Меня ты ни черта не успокоила и не убедила.
— Очень смешно, Мирослав, — шиплю. — Ты не маленький, и так все понимаешь. Помоги мне добраться до центра. Там я дальше сама.
— Может тебя сразу в квартиру отвезти? К муженьку?.. — сильно кривится в лице Мирослав.
Смерил меня таким взглядом, что я почувствовала себя ничтожеством. Он презирал меня за мой выбор. Даже, думаю, ненавидел.
— Хватит, Мирослав! Не веди себя так, будто это ты мой муж и я от тебя ухожу к кому-то там. Я тебя… не предавала. Все просто… просто так получилось, — тяну руку к висящему пальто, снимаю его с крючка, но Мирослав тут же вырывает его у меня из рук.
— Я сказал, ты никуда не пойдешь, не поедешь, не полетишь, и не поползешь!
— Не имеешь права!
— Да плевать мне. Я пока не пойму…
— Я убила нашего ребенка! — выкрикнула болезненную правду, вывернув свою душу наизнанку. — Шесть лет назад! Я… я хотела избавиться от тебя и от всего, что с тобой связано. Я сделала аборт! Мой муж ненавидит меня за то, что у меня теперь не может быть от него детей! Из-за аборта! Вот она правда! Можешь теперь сидеть и переваривать эту правду! Я не хочу… — зажмуряюсь, захлебываясь собственными слезами, меня трясет, — не хочу тебя больше видеть. Мне больно… Пожалуйста, отпусти меня… — накрываю лицо ладонями.
Глава 15. Холод.