Решила сидеть в машине и ждать сестру, а также стараться не думать об этом. Даже немного задремала. Разбудил меня стук в окно. Меня так всю передернуло, что я чуть голову не зашибла.
Мирослав пришел. Стучал в окно зачем-то.
Поспешила заблокировать дверь и отрицательно покачать головой из стороны в сторону, мол проваливай.
Но он продолжал стучать. Только сильнее. Тогда я чуть приспустила стекло, так, чтобы не надуло в салон, и чтобы он услышал.
— В чем дело?
— Выходи. Пошли в дом.
— Нет. Оставь меня в покое.
— Выходи, я сказал.
— А я сказала — нет!
— Ты зла на меня? За что это?.. Не я позвонил тебе и тоненьким голосочком сообщил, что все было ошибкой. Пояснений я так и не услышал. Ты не сказала мне правды.
— Потому что правда была только в том… что я никогда тебя не любила. Для меня ты был способом, чтобы показать родителям, что я больше не их собственность. Такие объяснения тебя устроят?
Все ложь. От начала и до конца. Его ложь — я слышать не хочу! Но теперь я знаю только одну правду. Дочка его большая. Она явно родилась еще до нашей первой встречи. Мне он ничего не сказал об этом! Наверное потому, что не считал нужным! Правильно он дурой меня назвал. Ею я и была!
Всегда чувствовала, что я для него лишь временный способ взбодриться. Он был и есть старше меня на целых десять лет. Мы были из разных миров. Не я, так он бросил бы меня. Вопрос времени.
— Устроят, — я не видела его лица, но его голос звучал грозно. — Теперь выходи. Подождешь сестру в доме. Ты же этот адрес назвала.
— Нет, спасибо!
— Через час ты уже не сможешь выйти из машины, глупая. А к приезду твоей сестры машину вовсе скроет снегом. Ты встала на месте, где задувает. Чистить будут только рано утром. Ты замерзнешь! — рычал Мирослав. — Выходи, давай.
Черт, черт, черт!
Ну почему так? Почему он?! Снова…
Он в самом деле меня напугал. Я сойду с ума от страха, если проснусь и обнаружу себя полностью скрытой снегом.
— Выходи.
Я же могу пойти к нему в дом и пообщаться с его дочерью? Могу.
Тяжело вздыхаю, после чего тянусь к ботинкам, который не спеша надеваю. Черт, они такие холодные и мокрые…
Мирослав немного отходит от машины, когда я открываю дверь.
Смотря вдаль, где располагался его дом, я ужаснулась. Скоро по пояс наметет.
— Я могу тебя понести.
— Что? Нет! Не надо… — быстро переставляю ноги и преодолеваю несколько метров к дому. — А! — запинаюсь и всем пластом падаю в сугроб. А у меня еще пальто было не застегнуто. — Я… я в порядке.
Мирослав помогает мне встать и, как бы я ни пыталась этому противостоять, поднимает на руки.
— Поставь! — дрыгаю ногами.
— Да не дрыгайся ты! Я вижу, как ты сама. В одних тонких колготках. Поставлю на крыльце.
Сцепив челюсти, я засопела, но больше не пыталась помешать ему нести меня к дому.
Мы шли медленно. Снега много. Или же нарочно не спешил… Во всяком случае торопить его, было бы уже наглостью.
— Почему ты позвонила сестре, а не мужу?
Вот поэтому я и не хотела оставаться в его доме. Не хотела вопросов. Да и про него я ничего не хочу знать.
— Потому что… потому что сестре.
— Такой себе ответ. Поругались?
— Не твое дело. Если ты намерен допрашивать меня, то можешь бросить меня в снег прямо сейчас!
Была уверена, что не сделает этого. Но мне пришлось сблефовать, чтобы прекратить это.
Больше не было вопросов. Ничего не было. И так до самого крыльца. Дверь нам открыла Полина, едва мы поднялись. Она словно ждала нас.
— Ты вернулась! Ура!
Да она точно в школу уже пошла. Я просто уверена, что ей не меньше шести.
Теперь, глядя на девочку, я не могла думать ни о чем другом.
У него был ребенок, и он не сказал.
Глава 5. Объясни.
— Я же сказал, что верну твою подругу, — ответил ее отец.
Так это значит Полина доканала его по поводу моего возвращения. Стоило догадаться. Что ж, меня не волнуют его мотивы. Пусть так. Я не против пообщаться с девочкой. Не будь ее в доме, я бы не вышла из машины. Это факт.
Прохожу вперед, за порог. Дергаюсь. Тому причина ладони Мирослава на моих плечах.
— Помогу снять.
— Я… Ладно… — позволяю ему это сделать.
— У тебя красивое платье! — воскликнула Полина. — А у меня? — крутится в своем золото-красном, с пышной юбкой.
— Красивее еще не видела, — улыбаюсь девочке.
— Мне папа подарил. Мы сегодня его купили. В нем я буду встречать новый год!
И мне, похоже, придется здесь встречать этот новый год. По крайней мере это лучше, чем у меня в квартире или в заметенной машине.
У него что, нет девушки? Нет совсем никого? Он собрался встречать новый год только с дочерью?..
Я помню другого Мирослава, который жил полной жизнью. Вокруг него всегда вилось много очень красивых девушек. Я делала вид, что не ревновала, держалась холодной, но боже, чего же мне это стоило… Миллиарда нервных клеток. Но он, почему-то был со мной, рыжей девчонкой, которая никогда не была свободной в своем выборе. Я зависела от многого. Не могла жить жизнью, которой жил он. Мы не были хорошей парой.