Воспользовавшись моментом, Юлий передал королеве меню на одобрение. Он постарался составить его так, чтобы еда была не слишком роскошной, но при этом вкусной и питательной. Ульяна одобрила его выбор.
А еще вспомнила многое, что связывало Ультрамарину с седовласым поваром.
Именно Юлий учил Ультрамарину ездить верхом, сражаться на мечах и плавать. Однажды он даже вырезал для маленькой принцессы деревянную лошадку — очень маленькую, умещавшуюся в кармане платья. О, как была счастлива юная Ультрамарина. Воспоминания о том, пожалуй, были самыми светлыми и чистыми из всех, которые успела увидеть Ульяна. Выходит, Ультрамарина не всегда была злой и жестокой. Все это привили ей в детстве, постепенно погасив ту яркую искру человечности, что была дана наследнице Сильвестрии от рождения.
Дальше пришли иные воспоминания…
Мать Ультрамарины обнаружила деревянную лошадку и сожгла ее в костре. Наказала дочь и отстранила Юлия, отправив в дальнюю ссылку. Однако Ультрамарина не забыла единственного человека, к которому испытывала настоящую привязанность. Став королевой, она вернула Юлия. Брала его в походы и доверяла как никому. Пожалуй, он заменил ей отца, которого Ультрамарина совсем не помнила. Даже когда храбрый и бравый страж Юлий получил увечье, с которым не могла справиться даже магия, стал старым и неповоротливым, королева не избавилась от него, назначив поваром.
Почему не подпускала к нему Лауру?
Наверное, опасалась того, что дочь привяжется к повару, а ей, королеве, придется разорвать эту связь, причинив страдание обоим.
— Помнишь Эксу, Юлий? — спросила Ульяна, заговорщически подмигнув. Именно так назвала свою лошадку Ультрамарина. — Можешь смастерить еще одну? Нет, лучше две?
Ульяну не мог не расстраивать тот факт, что у девочки совсем не было игрушек. Оружие не в счет. А вторую лошадку она попросила для Марка — должен же чем-то играть мальчик, пока пребывает в замке?
— Эти руки все помнят. — Юлий выставил натруженные, покрытые мозолями и застарелыми шрамами ладони. Они подрагивали, но не от старости и бессилия, а от восторженного волнения. Надо же, она помнила! Даже имя лошадки. А ведь он был уверен, что Ультрамарина вычеркнула из памяти все детские воспоминания как ненужные. — И все умеют. С превеликим удовольствием я выполню ваш приказ, королева.
Лаура украдкой перевела взгляд с Юлия на мать. О чем это они? Имя Экса было незнакомо девочке, никогда прежде она его не слышала. Однако задать вопрос не решилась.
— Я закончила с завтраком, королева, — произнесла она, отодвигая опустевшую тарелку.
— Вот и славно! — объявила Ульяна, поднимаясь из-за стола. — Спасибо, Юлий. Было приятно повидаться, но нам с Лаурой пора.
Поваренок, державший большой металлический поднос, выронил его, да так и застыл с приоткрытым ртом. Королева умеет благодарить? Знает слово «спасибо»? Конечно, она и прежде относилась к Юлию по-особому, но такой открытой приязни прежде не проявляла.
В уголках глаз старого воина блеснули слезы. Тонкие ручейки покатились по пергаментному лицу, и он неловко утер их рукавом. Хлопнул в ладоши, призывая подмастерьев к порядку:
— Ну, чего застыли как вкопанные?! Живо за работу, пора подумать об обеде.
Руководить людьми Юлий умел всегда: и будучи воином, и пребывая поваром. Сама того не зная, Ультрамарина переняла его манеру командовать, вот только порой забывала о человеческой составляющей.
— Куда мы теперь? — рискнула спросить Лаура, когда они с матерью покинули кухню.
— Хочу тебя кое с кем познакомить, — пообещала Ульяна, чувствуя, как в Лауре просыпается авантюризм.
— С кем же?.. — снова спросила девочка, не в силах побороть нетерпение.
— Увидишь, — пообещала Ульяна. — Навестим наших гостей.
Гостей?
Лаура похлопала глазами, решив, что ослышалась. Прежде в замке никогда не бывало гостей, только пленники. Но мать повела ее в гостевое крыло. Возле одной из спален дежурили стражи. При виде Ультрамарины, они поклонились и расступились, предварительно распахнув дверь.