– Кхм… – я закашляла (надеюсь, остальные подумают, что это просто у костюма такой эффект) думая, куда можно направить их энергию. Чем можно занять пять детей? Даже Оля, вижу по хитрым глазкам, принимала участие в разбрасывании кожуры. – Ты не знаешь, что с ними можно сделать? Боюсь, если они здесь просидят до Нового года, то от гостиной не останется и следа, – решила спросить у того, у кого есть опыт с детьми, Александра. У него дочь имеется, а значит, должен хорошо разбираться в таких вопросах.
– А пойдемте все на улицу? Сыграем команда на команду, взрослые против детей! – дети радостно закричали на такое предложение, особенно Оля.
– Ура! Я с папой и мамой буду играть в снежки! – она подбежала к отцу, и тот потрепал ее по голове.
– Ну, что? Пойдем одеваться? – Оля кивнула, и они под руку пошли в прихожую. «Вот, что значит опыт общения с детьми», - подумала я, глядя, как остальные дети последовали их примеру.
Перед тем как отправиться я решила сходить и проверить, как там отец с Анной Павловной справляются. Плита работала на всю, там и жарилось, и кипело, и запекалось. Все это делалось одновременно.
– Пап, помощь не нужна? – отец делал блинчики с мясом и напевал себе под нос только ему известную песню.
– Иди, устраивай свою личную жизнь. Мы сами здесь разберемся, – сказала Анна Павловна, открывая духовку. Нет, так нет. Я со спокойной совестью пошла одеваться. Александр с Олей стояли уже готовые к прогулке и, по всей видимости, ждали меня.
– Мама, давай быстрее, – решила поторопить меня Оля, нетерпеливо стуча ножками.
– Иди, иду, – я достала из шкафа осеннее пальто и надела его, голову спрятала в шарф.
Мы вышли из дома и нас тут же атаковали снежками.
– Я же за вас! Подождите меня! – Оля побежала к детям, которые соорудили себе стену из снега. И когда они только успели ее сделать?
Я сразу пошла в атаку. Слепила снежок и бросила в их стену. Она немного треснула, так как была не крепкой.
– Держи, – на секунду меня отвлек Александр.
– Зачем? – я стала лепить второй снежок, глядя на протянутые мне перчатки.
– Моя дочь сказала, что у тебя руки мерзнут, – когда это она успела ему сказать?
- Да мне и так хорошо, – впервые с того времени, как я стала «этим» кто-то заметил, что у меня всегда холодные руки.
– Моя дочь волнуется о тебе. Надень их ради нее, – ему в голову прилетел снежок. Он насильно сунул мне в руки перчатки и пошел в атаку.
– Спасибо, – запоздало поблагодарила я его. Как только я надела перчатки, моим рукам стало немного теплее. Возможно, так мне просто показалось. «Да показалось». Я стала лепить самый большой снежок, возвращая рукам холод и принимая самое активное участие в игре со снежками.
Я лежала в снегу и задорно смеялась.
– Хватит! Ну, хватит вам… – пыталась сбросить с себя детей. Они лежали на мне и не собирались никуда уходить.
– Скажи, что мы победили! – на моих ногах лежали Ваня с Женей, на животе Таня. Остальные действующие лица просто стояли и смотрели на творившееся безобразие.
– Да победили вы, победили, – я смотрела на небо и улыбалась. Не знала, что бывает так весело во время этой игры. Кажется, когда-то давно я так же играла со своими родителями. Но время идет, мы слишком быстро взрослеем. Как жаль, что нельзя вернуться обратно в детство. Иногда я так сильно об этом жалею. Мне хочется хоть немного побыть маленькой девочкой и забыть обо всем, обо всем…
– Обещай, что будешь всегда покупать нам шоколадки.
– Ты знаешь, что это уже шантаж? – я приподняла голову и посмотрела на нее, Таня была сама невинность.
– Папа, давай спасем маму! – рядом Оля дернула за рукав Сашу, – Мне кажется ей плохо. Она похожа на снег, – в речи Оли появилось всхлипывание. Кто-нибудь объясните ребенку, что это мой натуральный цвет кожи. По крайней мере, до следующего года. «Снегурочка, ты же исполнишь мое желание? Стану ли я человеком в следующем году?» У меня надежда только на тебя. Где оно чудо, когда и тыква вдруг превращается в карету.
– Дети, оставьте тетю Катю в покое!
– А как же мой обещанный шоколад? – чистая лиса, а не ребенок. Остальные стали с меня слазить, но не Таня.
– Дети! Дети! Скорее идем украшать елку, – из дома вышла Анна Павловна.
– Вот ты как всегда, мама, умеешь все испортить, – Таня слезла с меня и под строгим взглядом родительницы пошла в дом.
Саша подал мне руку. Я оперлась об нее и встала. Сразу пришлось отряхиваться от снега, чтобы не занести его в дом. А он… Снег казалось, был везде: и за шиворотом, и в шапке, и в ботинках.
– Папа ну что ты стоишь. Помоги маме! – толкнула Оля Сашу в мою сторону. Тот, молча, помог мне отряхнуть спину, – Ну, вот… Ты даже ее не поцеловал, – обидчиво сказала Оля, когда я полностью избавилась от снега.