– Злая, злая ты.
– Почему? Ты разве не хочешь вырасти большой и сильной?
– Я девочка. Это мужчина должен быть большим и сильным, чтобы защищать меня! – и кто же ее научил таким умным словам?
– А вдруг девочке понадобится защитить мужчину? – я посмотрела на Олю.
– Это будет не мужчина, если его нужно защищать. Вот мой папа настоящий мужчина. И он не позволит тебе меня обижать, – приплыли, называется.
– И ты позволишь своему папе обидеть меня? Я же твоя мама.
– Хм... Не знаю, не знаю. Вот если ты дашь мне киндер сюрприз… – я не сдержалась и рассмеялась.
– Ты знаешь, что ты вымогатель? Самый настоящий вымогатель и шантажист! – Оля показала мне язык. На этом наша перепалка и закончилась. Остальные семь минут мы летели молча. А потом показалась крыша знакомой мне дачи. Ну вот, сейчас я встречусь с ее папой, и они уйдут. Она ведь не будет плакать?
Глава 4
Мы все дружно вылезли из саней, и вошли в дом. Будь я человеком, то определенно нервничала бы. Но когда ты зомби, тебе как-то почти все равно. Эмоции идут замедленно и иногда, если вовремя не поесть, полностью накрывает апатия. «Исполнится ли мое желание в Новый год?» Шампанское я купила. Осталось дождаться боя курантов, записать желание и поджечь бумажку, а там уже выпить вместе с шампанским пепел от него. «Главное верить», – напомнила я себе.
– Вот это мы в горах, – я услышала голос отца. «Только не снова…» Я поспешила сбросить обувь и войти в гостиную.
– Раздевайтесь и проходите на кухню, – сказала я детям и ушла на голос.
В гостиной казалось, прошелся медведь. Неукрашенная елка лежала в углу. По всему полу валялись елочные украшения и фотоальбомы.
– Папа, что это? – я подошла к отцу, который сидел на диванчике. Рядом с ним расположился незнакомый мне человек, с идеальной выправкой, словно он был военный. Впрочем, короткая стрижка, так же говорила, что я могу быть права. Внешне отец Оли выглядел серьезным и симпатичным человеком. Я бросила на него один лишь взгляд, и все внимание вернула к отцу. – Пап, все хорошо? – на одной из фотографий была мама. Отец водил по ней большим пальцем и молчал. Мне тоже ее не хватало.
– Все хорошо. Все хорошо, – он повторил это несколько раз, а потом закрыл фотоальбом и встал, – Где пакеты? – я зашуршала пакетами в руках.
– И почему никого не позвала? Моя дочь не должна носить тяжести, для этого есть я, – отец подошел ко мне и забрал продукты, – Жду на кухне, – он ушел, оставив нас с Александром вдвоем.
– С вашей дочерью все хорошо, – решила я заговорить первой.
– Да? – он встал с дивана и внимательно посмотрел на меня. – А на фотографии вы другая.
– Время идет, люди меняются, – сказала я с горечью в голосе. Мне неожиданно захотелось быть живой прямо сейчас. Чтобы моя кожа была здорового розового цвета, а не мертвенно-бледного. Чтобы мои глаза ярко блестели, а не были похожи на потухший огонь. Чтобы мои волосы вновь были рыжими, а не белыми. Да, я выгляжу как ходячий мертвец! Настоящее живое пособие для патологоанатома.
– Папа! Папа! – закричала радостно Оля и бросилась в объятия отца, как только его увидела.
– Пойду, помогу отцу, – я оставила их вдвоем и ушла. Им ведь нужно поговорить.
– Ты, правда, только присматриваешь за его дочерью? – как только я вошла на кухню, то не осталась без внимания.
– Правда, папа. Да и вообще… – я достала из кармана штанов резинку и убрала волосы, – Соседка придет? – взяла один из пакетов и стала выкладывать продукты. Некоторые убирала в холодильник, некоторые оставляла на столе.
– Жаль, мне он понравился. Придет, – отец посмотрел на часы, – Через час с детьми. – В это время к нам присоединились девочка с мальчиком. Отец, увидев их,подзавис. Он кроме людей никого в жизни не встречал, – Какие чудные у вас костюмы. Дочь, это нынче мода такая? – отец хотел подойти к мальчику и потрогать его уши, но я вручила ему в руки нож и колбасу для оливье.
– Мода, мода. Детей есть чем покормить? – я подошла к плите и заглянула в кастрюльку. Там была овсянка, – Каша?
– Тарелки в шкафу, как и мед, – даже я бы не отказалась от такого обеда.
Открыла верхний шкаф и достала оттуда три тарелки, рядом стояла баночка с жидким медом. Наложив каши, сверху сдобрила медом, – Садитесь, – я поставила тарелки на свободный стол. На кухне у нас было два стола, и вообще она была довольно просторной.
– А скоро мы дома будем? – девочка перемешала кашу и принюхалась к ней.
– Через три дня. Ты ешь, ешь. Не волнуйтесь, доставлю вас в целости и сохранности, – налила детям яблочного сока. Выбора нет, придется за ними присматривать три дня, пока настоящая Снегурочка не придет и не заберет их. Она ведь тоже из соседнего мира.