Мы прошли через двери, и я понял, какой же я был идиот, это был скоростной бесшумный лифт, который перемещался без какого-либо дискомфорта для пассажиров. На всякий случай там была панель управления, но нам не нужно было нажимать кнопки, потому что он бы отвёз по месту назначения этой операции.
В лифте, как и полагалось, на всю стену висело большое зеркало. Я посмотрел на нас с папой. На первый взгляд, у него было совершенно безразличное лицо, но я знал, что он доволен. Просто папа вообще редко показывал мимикой своё эмоциональное состояние. Он был стоек и холоден как скала в Норвегии. Или нет, как робот для производства роботов! На нём было тёмно-синий скучный, но хороший костюм, в котором он фотографировался для своей предвыборной компании. Я был папе по плечо, ровно как мама. А вот моя ладонь выросла уже больше маминой, поэтому она в папиной руке смотрелась совершенно по-другому. Я широко улыбался, так, что на носу даже появились мимические морщинки, ведь сейчас я был самым довольным человеком в мире. На моей футболке с тираннозавром виднелось небольшое красноватое пятно, и я постарался прикрыть его краем толстовки. Я не понял это чувство, но лёгкая тревога заползла в мою голову.
— Папа, а вдруг мы с тобой выглядим слишком не современно для этого места?
Папин взгляд пробежался по моему отражению.
— Это исправимо.
Мы вышли и оказались в комнате, похожей на секретную базу супергероя, где он хранит своё тайное оружие и навороченные гаджеты. На длинных просторных полках за стеклом лежали механизмы, рядом были кнопки для того, чтобы их можно было достать. Это были сборные части роботов.
— Бери всё, что считаешь нужным, — сказал папа. Я обнял его, отпустил его руку и подбежал к полкам. Мне нужно было собрать идеального робота! Ко мне подъехало устройство, похожее на коляску в супермаркете, только всё оно было механическое и ездило за мной само. Ещё оно выдало мне пульт, и когда я наводил его на механизмы, то сразу понимал их предназначение. С этими знаниями я мог собрать лучшего в мире робота.
Я стал закидывать в мою роботокорзину различные чипы, батареи, миниатюрные камеры, автоматические ножи, механические части рук, ног и органы. Для некоторых можно изменять определенные параметры прямо на месте. Множество мыслей крутилось у меня в голове, но я четко знал, какого робота я хочу. И чтобы я не придумал, все детали находились здесь. Но самая великолепная стойка ждала меня в конце. На ней было множество лазеров всевозможных форм, которые встраивались роботу в глаза! Тут я простоял долго, тщательно выбирая эту деталь. На самом деле я жульничал с самим собой, потому что я изначально знал, что выберу самый мощный лазер, но мне доставлял удовольствие процесс перебирания деталей.
Я был самым счастливым мальчиком на свете, когда мы с папой прошли в следующую комнату. Она казалась почти пустой, как и все суперсовременные комнаты, в ней только будто бы прямо из пола вырастала металлическая кровать в центре, а на стенах сияло множество сенсорных кнопок и прорезей, из которых, наверняка, что-то выдвигалось.
— Укладывайся, — папа показал на кровать. Я подвёз свою тележку, наполненную деталями роботов, и заметил, что в полу вокруг кровати есть небольшие дырки, как в душевых кабинах. Я лёг, и вокруг моего туловища, ног, рук и шеи сомкнулись металлические круги. Они вылезли бесшумно и располагались в нескольких миллиметрах от моего тела, но не прикасались к нему, это было потрясающе. Если бы я лежал с закрытыми глазами, то я бы даже не понял, что они здесь появились!
— Пап, а это зачем?
— Я, конечно, не думаю, что ты будешь вырываться, но так положено по инструкции.
Мы с папой оба очень любили следовать всем правилам, но мне всё равно стало немного обидно.
— Конечно, не буду!
Мне не хотелось показаться непослушным или каким-то не таким. Папа достал из кармана телефон и стал смотреть в экран. Я понял, что он читает инструкцию. Конечно, в таком современном месте она не могла же быть напечатана на буклете. Её прислали папе в электронном виде.
Папа убрал телефон и прикоснулся к одной из кнопок на стене. Оттуда появился стеклянный контейнер со стерильными латексными перчатками, и папа медленно натянул их на руки. Это мне показалось немного странно, будто какой-то атавизм для такого технически оснащенного здания.
— Если честно, я немного не понимаю, что происходит.