Папа вздохнул. Он снова полез в карман пиджака (уже в стерильных перчатках) и достал оттуда открытку, самую безвкусную и устаревшую. На ней был изображена уродливая мультяшная мышь с тортом, над ней сверху блестящими золотыми буквами было написано: «с днём рождения, сынок!». Когда он открыл её, заиграла праздничная музыка. Такие открытки могли быть только в моём далеком детстве, которое я едва помнил. Я попробовал приподняться, но ремни меня сдержали. Из открытки папа достал конверт.
— Это приглашение в этот центр, я тебе его не отдал, потому что хотел сделать сюрприз. Ты же знаешь, что папа всегда исполняет все твои пожелания, которые можно купить? Папа не понимает тебя, но готов тратить деньги на любую твою прихоть? Будто бы мы с твоей мамой в разводе, и это единственный мой доступный способ проявить к тебе любовь.
Он задумался, но потом продолжил.
— А это и есть, единственный доступный способ. Помнишь, ты совсем в детстве говорил, что мечтаешь стать роботом?
Я прекрасно помнил, я даже написал об этом сочинение «моя будущая профессия» в первом классе. Я бы и сейчас так сделал, если бы не узнал, что отличники такое не пишут в тетрадях. Я охотно закивал.
— Это компания занимается трансформацией людей в роботов. Ты исполнишь свою мечту, Томас. Процедура будет совершенно безболезненная, это прописано в контракте.
— Но я ведь не подписывал контракт.
— Это необязательно, ты — несовершеннолетний, и я могу сделать это за тебя.
Я снова дёрнулся, теперь ремни были прижаты туго. У меня не было желания тут же сорваться и бежать, но мне казалось, что такая мысль может прийти в голову в ближайшие минуты.
Папа достал из корзины механическую кисть руки, которую я присмотрел для своего робота. Она была похожа на часть Железного Человека, в ней было множество кнопок, в основном, предназначенных для того, чтобы обескуражить врага. Например, была кнопка для выпускания града из сюрикэнов.
— Я заменю все твои части на механические.
Кончик пальца механической руки поблескивал в свете ламп. В принципе, идея была хорошей. Я ведь до сих пор об этом мечтал, но продумывал эту мысль лишь для развлечения самого себя, я никогда по-настоящему не представлял, что это может стать реальностью.
Механическое тело, что может быть круче? Тем более оно не заболеет, оно могло только сломаться. А поломки в механизмах всё-таки устраняются гораздо легче, чем в человеке.
— Спасибо, папа, это лучший подарок!
Мой голос показался неуверенным мне самому, но я широко улыбнулся. Папа нажал кнопку на моей кровати, и я понял, что я больше не чувствую своё тело, хотя и продолжал им управлять. Вот это обезболивание! Я чувствовал себя таким легким и свободным, будто думал, что мой организм, в самом деле, теперь излечился.
— Начнём извлечение.
С потолка надо мной появилась циркулярная пила, скальпели и какие-то другие инструменты, похожие на щипцы. Если я ничего не почувствую, то это совсем нестрашно.
— Подожди! — крикнул я, и инструменты действительно остановились.
— Что такое, Томас?
— Я не выбирал механический контейнер для своего мозга! Или они у всех одинаковые? Или мой разум будет переведён на электронный носитель?
Папа погладил меня по волосам и улыбнулся, будто бы понял, что я совсем ещё несмышлёный.
— Твой мозг будет уничтожен вместе со всеми другими ненужными частями тела.
— Нет, — сказал я растерянно. Пила блестела также красиво, как механическая перчатка, которую папа всё ещё держал в руках. Этого не могло произойти, папа не понимал меня, но он бы не хотел уничтожить меня. Я задёргался, ремни болезненно сжимали моё тело, которое я должен был не чувствовать.
— Папа, пусти меня! Я не хочу этого! Я не хочу быть уничтоженным!
— Я знаю, что это твоё заветное желание. Ты всегда мечтал стать роботом. Папа это помнит.
— Если ты уничтожишь мой разум, то что в этом роботе останется от меня?!
— Твоё имя.
Папа снова нажал на кнопку и инструменты продолжили медленно опускаться ко мне. Скоро они погрузятся в меня и всё-всё закончится. Я закричал очень громко, помня о том, что в этом современном здании только роботы.
— К тому же, если открыть технические характеристики робота «Томаса Вилейшиса», можно будет прочитать, что его собрал человек по имени Томас Вилейшис. Мы с мамой будем помнить об этом.
— Но это же буду не я! Не я! Это же мой разум, ты убиваешь меня, папа! Я не хочу быть уничтоженным!
— Есть функция оставить в механическом теле разум. Но никому не нужен твой больной разум, Томас. Он испорчен.
Инструменты погрузились в меня. Я снова не чувствовал боль, но я видел, как они неторопливо копошатся во мне, словно опарыши. Папин взгляд был невозмутим, я не мог докричаться до него. Но где-то в цирке должен быть Джонни, который пошёл покупать газировку, может быть, он последовал за нами, и услышит меня. Он ведь должен.