В моей руке была бутылка, ничего-то там, а настоящего рома. Я чувствовал его и на своём языке, и в крови. Короче я был жутко пьяным. Мы стояли у костра в темноте, куча мужчин (мальчиков в основном). Здесь были почти все наши одноклассники и некоторые старшеклассники. Я видел и Джонни, и Каролиса и Гюстаса. Но даже, когда у меня всё плыло перед глазами, я знал, что они не настоящие, поэтому я им не обрадовался. Так же здесь были несколько учителей, папа Каролиса, и, кажется, отец Иевы. Остальных я не знал.
Была ночь, мы все пили на берегу озера у большого костра. Значит, Иева ты должна быть единственной девочкой на этой вечеринке. Но пока она была не с нами, я знал, что она плавает. Озеро было огромным, чёрным и гладким. Такое спокойствие, что можно было бы принять его за твёрдую поверхность. Мне страшно захотелось его нарушить, кинуть камень или, может, отлить прямо в озеро. Вот такой я был пьяный. Тем не менее, я не стал этого делать, всё-таки этот герой был здесь для того, чтобы спасти не свою принцессу. Да и героем был не я, а Каролис. Перепутал.
Но кто-то всё-таки это сделал. В воду полетела бутылка, нарушив идеальную поверхность. По озеру пошли круги.
— А мы мыслим с тобой одинаково, — сказал я ненастоящему Джонни, ткнув его локтем. Бутылку кинул не он, но это было неважно, все мы тут были одинаковыми наверняка. Мой взгляд гулял по его ботинкам, потом завис на притоптанной траве, хотелось её пересчитать. Взгляд наткнулся на осколок кирпича, и вот ему было бы хорошо оказаться в воду. Я поднял его и бросил в воду. Почти все остальные уже развлекались чем-то подобным, кидали что-то в озеро, но вот один из парней подошёл и стал мутить воду ногами, а Андреаса вообще вырвало ттуда. Были и другие неприятные поступки. Мы были такими дикими и ужасными, но мне было весело.
Нужно было найти Иеву. Как же она будет вылезать на берег, когда теперь всё дно в камнях и мусоре, да и на поверхности полно всякого. Надеюсь, она вылезет где-то подальше, и пройдётся. Конечно, нет, это ведь её кошмар.
Я пошёл ближе к воде, чтобы высматривать Иеву. Вскоре я смог различить её, она плыла с другого берега. Такая грациозная, будто бы даже по-взрослому величественная. Мне хотелось, чтобы она скорее вышла на берег, и я посмотрел на неё мокрую.
Хотя мне стоило думать о том, как привести её в себя. Я, неслабо шатаясь, отошёл в сторону и стал кричать Иеве и махать руками, чтобы она плыла ко мне. Но то ли за криками людей у костра меня не было слышно, то ли она меня игнорировала. Она подплыла к куче мусора и стала выходить сквозь неё.
Обрывы, грязную воду, всё это мы уже видели у извращенца.
Я добрался до своего изначального места и уставился на Иеву вместе с другими мужчинами. Её волосы намокли и почернели, а влажные ресницы делали её совсем беззащитной. Верх её блёклого розового купальника был похож на ракушки. В траве у воды лежал её джинсовый рюкзак, Иева наклонилась к нему и вытащила оттуда полотенце. Стоило ей набросить его на плечи, как один из старшеклассников вдруг скинул его с неё. Иевины зябкие плечи дёрнулись, она потёрла свои локти, а потом вдруг вся выпрямилась и пошла вперёд к нам.
Иева подошла к костру. Мне хотелось, чтобы она показала класс. Кто-то засвистел.
— Развлеки нас, девочка!
— Давай, докажи, что мы тебя позвали не зря!
— Отработай всё!
— Зажигай!
Сначала она выглядела неуверенной. Это давало мне возможность подумать, как разбудить её. Но затем она выставила ногу вперёд, такую тонкую и складную, что она поглотила всё моё внимание. Иева прочертила ей изящный полукруг в воздухе и остановила у самого костра. Я знал, что сейчас будет, и мне этого хотелось. Тем не менее, я нашёл в себе силы закричать:
— Иева, остановись! Не делай себе больно или не убивай себя, не знаю, что ты там задумала! Тебе это не надо, даже если в голове мысль, что ты всё делаешь правильно!
Я должен был понять, почему она это делает, и как её спровоцировать усомниться в реальности даже в измененном сознании. Иева опустила ногу в костёр, и я уже ничего не понимал. Огонь побежал вверх по её коже, но внутри она не горела. Я присмотрелся, и понял, что горят капельки воды, оставшиеся после озера. Она была словно огненный демон из компьютерной игры. Интересно, когда они догорят (испарятся), начнёт ли полыхать Иева? Я знал, раз этого хотелось мне, а значит, и всем остальным. Но остатки воли у меня ещё оставались.