Этим куском мяса можно накормить трех человек!
— Иначе меня разнесет на всю столицу, — проговорила Маликина, нацепив на вилку травку. — Но это очень вкусно.
Я почему-то не поверила ей. Что-то выдавало тот факт, что она делает вид, что ей нравится. Но ведь я позвонила ей вовсе не для того, чтобы тыкать ее в морально-этические рассуждения и прочие нестыковки?
— А как ты оказалась в Москве и стала такой деловой?
Маликиной, как и всем, нравилось говорить о себе.
— Я удачно вышла замуж.
— За олигарха, депутата, миллионера, генерала?
Она качала головой, а под конец так и вовсе расхохоталась.
— Боже, как же это звучит! Неужели и я была такой?!
Какой? Что не так я сказала? Эти люди перестали быть богачами?
— Нет. Тогда он был просто финансистом.
Настала моя очередь смеяться.
— Просто финансистом? Просто? Лин, в нашей стране есть просто бухгалтера и экономисты, но не финансисты! У них точно все непросто!
— Ты поняла! Все это скучно и посредственно, если работать на кого-то.
— Ты сказала, что это было тогда, а сейчас? — спросила, откинувшись на спинку приглушенно-малинового кресла
— Он теперь строит и открывает рестораны, — сказала Маликина, приподняв брови, — но все одно – пропадает целыми днями на своих объектах и совсем не думает обо мне.
У Лины, как бы она ни отзывалась о своем муже, все сложилось как нельзя лучше. Она могла позволить себе не работать, несмотря на полученное образование юриста, заниматься собой, домом и мужем, не отказывая себе ни в чем. Но я не стала ей говорить о том, что от добра добра не ищут. Может она говорит это специально, чтобы таким образом прихвастнуть и вызвать пересуды, а может просто зажралась и до нее не дойдет, сколько не тверди.
— Это, знаешь ли, занимает время быть самой-самой. Я иной раз встаю в восемь утра, чтобы вернуться домой к приходу мужа. — Она вновь выразила недовольство, дернув уголком губ. — Только один фиг... Забудем об этом!
Я кивнула, отодвинув тарелку с мясом, которое не доела, хотя сперва казалось, что проглочу стейк размером с ракетку для пинг-понга и не замечу ничего.
— А что случилось у тебя? — полюбопытствовала Маликина, с какой-то жадностью проводив тарелку взглядом. — Ты запуталась в билетах?
Я помотала подбородком из стороны в сторону, решаясь рассказать, что у меня все иначе, чем у нее.
Валерку всегда надо было подталкивать, вкладывать в него какие-то мысли, которые помогут ему не бояться идти вперед, не дадут остановиться на достигнутом и помогут увидеть новые перспективы.
Однажды, устроив распил, я заставила Валерку, чтобы каждую субботу он выделял час на то, чтобы отправлять резюме по различным рекрутинговым компаниям и непосредственным работодателям. Допросилась! Получила! Лучше бы ехала к Славке!
— Ань? — испугалась Эвелина, перед этим махнув кому-то. — Ты чего?!
Слезы брызнули из глаз неожиданно и напугали не только Маликину, но и меня саму.
— Перестань!
— Все в порядке. — Я постаралась успокоиться, вытирая щеки от влажных дорожек. — Видимо дошло окончательно.
Жалко стало себя и собственных усилий не на того человека.
— Я вроде как тоже замужем и приехала покорять Москву.
Говорить об этом было неудобно, но потом я вспомнила слова девчонок из одного около психологического подкатаста: «Неужели вы и правда верите в то, что ваша ситуация настолько уникальна в мире, в котором проживают миллиарды человек?!»
— Вернулась вчера в квартиру и обнаружила, что он съехал, — подытожила, закончив свой короткий рассказ, — и забрал с собой все. Даже мои трусишки.
— Офигеть! — воскликнула Лина, загремев трубочкой в стакане со льдом. — И что?! — Она подозвала официанта. — Он как-то это объяснил? Бабу себе нашел? Что? Что сказал этот сцукашвили?
Завалив меня вопросами, Маликина попросила принести стопки и какой-то горячительный напиток, название которого я не знала.
— Нет. Играет в таинственность, не отвечает на звонки и смс. Прислал единственное сообщение через push, в котором просит не искать его.